– Черт побери. Чертов робот Компании.
Паркер встал на ноги и пнул тело Эша. Оно не отреагировало. Просто лежало на палубе на спине и казалось теперь совсем безопасным.
Ламберт неуверенно перевела взгляд с Паркера на Рипли:
– Кто-нибудь объяснит мне, что тут происходит?
– Есть только один способ выяснить, – Рипли осторожно отложила дубинку в сторону, предварительно убедившись, что там достаточно заряда – на случай, если придется снова воспользоваться, – и подошла к телу.
– Что это?
Рипли взглянула на Паркера, который ощупывал горло.
– Бери его голову. Я вывела из строя двигательную систему корпуса, но думаю, что контакты внутри черепа и память не повреждены. Они должны функционировать, если подключить его к источнику энергии.
Помолчав, она произнесла:
– Я пыталась вам сказать: он с самого начала защищал чужого, – Рипли указала на корпус. Было сложно начать думать о товарище по команде просто как о куске дополнительного оборудования. – Помните, он пустил его на борт в обход протоколов? – ее лицо исказилось, будто от боли. – Он говорил, что все это ради того, чтобы спасти Кейна. Но не Кейн был его заботой. Эш позволил твари вырасти внутри него, с самого начала зная о паразите. И это он включил сирену, чтобы отпугнуть чужого от шлюза и спасти его.
– Но зачем? – Ламберт пыталась собрать осколки сведений воедино.
– Это лишь догадки, но я могу придумать лишь одну причину. Зачем брать в команду робота, о котором не знает остальная часть команды? Значит, кому-то был нужен раб, чтобы писать на нас рапорты, – она бросила взгляд на Ламберт. – Кто регулирует составы команд, делает перестановки в последнюю минуту, например, назначает научных офицеров, и несет юридическую ответственность за присутствие робота на корабле? Зачем это нужно?
Ламберт больше не сомневалась:
– Компания.
– Верно, – грустно улыбнулась Рипли. – Должно быть, беспилотные дроны Компании засекли передачу сигнала с инопланетного корабля. А «Ностромо» был ближайшим судном в этом квадрате пространства. Они запихнули Эша на борт, чтобы он отслеживал штуки вроде этой и следил за соблюдением протокола, который Мать называет «Специальный приказ 937». Если предмет передачи окажется никудышным, Эш мог доложить им об этом, не ставя нас в известность. Если же там что-то стоящее, то Компания узнает об этом сразу, и нет нужды посылать дорогую исследовательскую группу с оборудованием. Кто-то просто оптимизирует прибыли и потери: первые достаются им, а вторые – нам.
– Отлично, – прохрипел Паркер. – Все разложила по полочкам. А теперь скажи мне, зачем нам снова включать этого ублюдка? – Он плюнул на тело Эша.
Рипли уже подняла голову робота и водрузила ее на стол, туда, где рядом с силовым кабелем на стене виднелась розетка.
– Нам нужно выяснить, что еще у Компании на уме. Согласен?
Паркер неохотно кивнул:
– Согласен, – он шагнул вперед. – Дай-ка я это сделаю.
Инженер поколдовал с проводами и контактами, которые торчали из головы Эша, наполовину скрытые искусственными волосами. Когда веки научного сотрудника задрожали, Паркер одобрительно заворчал и отступил в сторону. Рипли наклонилась поближе:
– Эш, ты меня слышишь?
Ответа не было. Она оглянулась на Паркера.
– Соединение в порядке. Уровень энергии достаточный. Если только никакие электрические цепи не порвались, когда его башка стукнулась о палубу, робот должен отреагировать. Ячейки памяти и вербально-визуальный блок в этих сложных моделях обычно хорошо защищены.
Рипли сделала еще одну попытку:
– Эш, слышишь меня?
В кают-компании раздался знакомый голос:
– Да, я тебя слышу.
Ей было тяжело обращаться к голове без туловища, будто к трекеру или электрической дубинке. Слишком много времени они проработали бок о бок с Эшем.
– Что… что такое специальный приказ 937?
– Это против правил и вне компетенции моих внутренних протоколов. Так что я не могу тебе рассказать.
Она сделала шаг назад.
– Тогда говорить не о чем. Паркер, отключай его от розетки.
Инженер потянулся к проводам, и Эш прореагировал очень быстро, демонстрируя отличную работу когнитивных схем:
– Если говорить по существу, то мои приказы были следующими, – рука Паркера угрожающе нависла над проводами. – Поменять курс «Ностромо» или проследить за тем, чтобы команда его изменила, чтобы поймать сигнал. Запрограммировать Мать на то, чтобы она вывела вас из гиперсна, и перенастроить ее так, чтобы она сказала, что это сигнал бедствия. Специалисты Компании на тот момент уже знали, что это было предупреждение, а не запрос о помощи.
Паркер невольно сжал пальцы в кулаки.
– В районе источника сигнала, – продолжал Эш, – мы должны были исследовать новую форму жизни, почти наверняка враждебную – в соответствии с теми данными, которые специалисты выделили на основании передачи. А потом доставить ее на Землю для наблюдения и возможного использования Компанией в коммерческих целях. И, конечно, действовать осторожно.
– Конечно, – согласилась Рипли, передразнивая безразличный тон робота. – Это многое объясняет. Особенно то, почему для миссии выбрали нас, а не послали туда специально обученную команду.
