В банке я был сразу направлен к управляющему. Поговорив с ним минут пятнадцать, я психанул и взял кредит — пятьдесят миллионов на десять лет. Под залог имущества — особняка. С процентами — шестьдесят три миллиона. На освоение серой территории. И сразу задаток строителям перевёл. Из кабинета управляющего банком позвонил Казакову и дал отмашку начинать расчистку площадки.
Потом Карл Августович отвёз меня в полицейское управление. Я дождался, когда освободится Порфирий, и прошёл в его крохотный кабинетик на первом этаже.
— Вот, — как только я зашёл внутрь, колобок сунул мне через стол папку с распечатками. — Расшифровки с пояснениями экспертов и свидетеля. Прошу.
— Я же могу сделать копию с материалов уголовного дела?
— А это, голубчик, и есть копия. Специально для вас, дорогой мой человек, сделанная. В индивидуальном порядке, так сказать. Знаю вашу, Олег Витальевич, дотошность и блестящее знание законов, заранее озаботился.
— Ваша любезность не знает границ, Порфирий Петрович. Так, я пойду.
— Увы! Процедура есть процедура! Почитайте пока. Потом распишетесь, мол, ознакомлен, получил копии. Чтобы всё у нас было, комар носу не подточит. А мне нужно отлучиться ненадолго, вы уж не обессудьте, срочное дельце образовалось. Я надолго вас не задержу, голубчик.
И, швырнув на свою половину стола вторую папку — закрытую, он, пыхтя, протиснулся мимо меня к выходу и был таков.
ПОРФИРИЙ: мне нужно отлучиться ненадолго
Я посмотрел на так демонстративно брошенную папку. Дело… том… «секта…». Ага.
Ни секунды не сомневаясь, я накинул образ, и только после этого взял папку и стал её пролистывать. Стороннему наблюдателю, казалось бы, что папка лежит на своём месте, а я читаю собственные документы. В самом начале наткнулся на подробное резюме по делу на имя Дамирова, датированное сегодняшним числом. Несмотря на абсолютную память, зафиксировал отчёт на комм.
Едва убрал папку на место, как появился отдувающийся Порфирий, вытирающий влажные руки носовым платком. Зря я, кстати, вчера на него наехал. Я давно уже заметил, что калетта у него еле светится. Явный признак слабого дара или же, скорее, неверной огранки.
— Ознакомились, дорогой мой человек?
— А как же. Всё как есть, — посмотрел, Порфирий Петрович.
— Ну, распишитесь тогда вот здесь. И здесь. И вот здесь. О неразглашении результатов следствия посторонним лицам. Во избежание.
— Хорошо. Перед уходом хочу сделать вам подарок, Порфирий Петрович. В знак извинения за вчерашнее.
Его лицо стало скорбным. И несколько оскорблённым даже. Но я не дал ему возразить. Выложил на стол пачку распечаток.
— Это книга для сапфиров. В ней очень полезные упражнения, которые в общем доступе не достать. Копия, конечно. Я сам совершенно случайно набрёл. От чистого сердца предлагаю, поверьте.
— От такого предложения отказаться, конечно, совершенно невозможно. Но вы сами виноваты. Придётся задержаться минут на пять ещё.
Он встал, как-то изогнувшись боком, и начал перекладывать листочки по одному сверху стопки. Сперва я оторопел, а потом понял, он даёт полный обзор на стопку бумаги камере наблюдения, которая где-то здесь наверняка есть.
— Что вы там хотите найти, Порфирий Петрович? Или это опять какие-то протоколы?
— Я ничего не пытаюсь найти. Вернее, крайне надеюсь, что найду именно это самое «ничего». Знаете, сколько взяток передаётся чиновникам под видом книг или документов, дорогой человек? Лучше в зародыше любые сомнения устранить. После работы потребую запись себе. И душенька спокойна.
— Как у вас в управлении всё… непросто. Но у меня даже в мыслях не было давать вам взятку.
— Эр Дамиров не вечно здесь сидеть будет, Олег Витальевич. Это я здесь в форте, похоже, пожизненно. Уйдёт он на повышение или в плане ротации. Особенно в связи с последними событиями в министерстве… А кто на его место сядет? Буду ли я сердцу его любезен? Вот и припасаю соломку. На всякий случай.
Покидал я управление полный странных мыслей. Я ни на секунду не сомневался, что демонстрация мне папки с докладом была инициирована самим Дамировым. Ни на секунду не поверю, что осторожный и скользкий как зерг Порфирий сам мне такой подарочек на день рождения сделал. А вот зачем? Такой слив должен иметь определённую цель. Ладно, изучу документ подробнее, разберёмся. Есть у меня одно предположение.
Когда мы приехали в особняк, нас встретил Афанасий, доложивший, что драгоценная госпожа Мария отбыла по делам и пока не возвращалась. В особняке же всё хорошо, только вот с помощником кухаря случился приступ анемии. В больницу увезли. Я пропустил это сообщение мимо ушей.
В штабе я озадачил Августовича первым настоящим делом для службы безопасности.
— Карл Августович, возьмите людей, неболтливых и небрезгливых. Необходимо анонимно изъять из обращения врача больницы Пирогова. Некоего Алексиса Ноберта.
— То есть похитить?
— Да, похитить. И поместить к нам в подвал. Эта гнида сообщила нападавшим вчера о моём приходе в больницу.
— Уверены, Олег?
