— М-да. И вот эту груду ржавых запчастей вы хотели всучить нам за два миллиона алтын? — С прекрасно разыгранным ужасом спросил Березовский.
Этот металлолом за два миллиона? БОРИС БЕРЕЗОВСКИЙ
— В объявлении о продаже стояла стоимость пять миллионов. И мы продаем мех! Целиком. Откручивать с него ничего нельзя.
— Давайте забудем эту досадную опечатку, про пять миллионов. Даже если это шутка, кого-то из ваших сотрудников, то она не смешная. Хочу заметить, что в договоре продажи, который вы нам любезно предоставили, сия груда металлолома так и называется: «Комплект запасных частей к тяжелому меху, марки…», — ну остальное лирика.
— Мы не можем продать мех гражданскому владельцу. Так что продаем его, как набор запчастей, да.
— А поскольку государственные органы явно не стоят к вам в очереди, дабы заполучить это поистине уникальное устройство, ни о каких двух миллионах даже речи быть не может.
— Вы правы. Про два миллиона речь и не идет. Минимум четыре с половиной. И это даже стоимость металла и маготехники не покроет!
— Так. — Прервал я спорщиков. — Скажите, что здесь вообще есть. Я вижу бронированную коробку с опорами. Пустые гнезда из-под вооружения. Что сохранилось в рабочем состоянии?
— Вооружение было демонтировано. В остальном… мех укомплектован штатно.
— Что с двигателем?
— Он не работает. Но на месте, как и реактор-преобразователь. Также сохранены, насколько это было возможно, органы управления и сенсоры. Проводка сгнила, но ее довольно легко заменить. Корпус снаружи немного подвергся коррозии. Внутри все в порядке, проведена консервация. Можете сами осмотреть кабину.
Я еще раз оглядел пятиметровую махину, весом около шестидесяти тонн. Наверх к пилотской двери вела лесенка, из проржавевших насквозь скоб. Сверху возвышалась крутящаяся на триста шестьдесят градусов орудийная башня для пушки крупного калибра. Сбоку торчали пилоны для легкого вооружения, напоминающие два обрубка крыльев. Еще две башни для орудий поменьше находились над пилонами.
Я с сомнением взялся за скобу, тут же испачкав ладонь в рыжей гадости. Подергал. Вроде держится.
— Решили подняться, господин? Вот ключ. Мы не приводили в порядок механизм запирания, может слегка заедать. — работник завода протянул мне шестигранный изогнутый буквой Г стержень, имеющий сложную магическую внутреннюю структуру.
Я вздохнул, взял ключи и полез наверх. Одна из скоб все же не выдержала моего веса и отломилась, полетев вниз, сопровождаемая хлопьями ржавчины. Несмотря на это маленькое происшествие, до кабины я добрался без особых проблем.
Дверь не «немножко заедала». Ее заклинило наглухо. К счастью, технический люк все же поддался моим усилиям и открыл передо мной проход, из которого пахнуло сухостью, противным запахом солидола, сгнившего пластика, и все той же вездесущей ржавчины.
Кабина меха было относительно просторной. Четыре места. Водитель, механик и два стрелка. Покрытые толстым слоем пыли круглые приборы с трудно различимыми шкалами, пялились на меня, как бельмастые зенки. Ни на что не надеясь, я воткнул ключ в гнездо возле пилотского места и повернул. Напротив ожидания, приборы озарились тускло-оранжевым светом. В кабине зажглась одна из пяти ламп освещения. Однако этот энергетический всплеск длился всего минуту. По истечении этого времени приборы и освещение мигнули и погасли. Я еще раз осмотрел кабину и полез наружу, забрав с собой ключ.
— Если мы приобретем этот механический труп, я хочу, чтобы вы, за свой счет демонтировали всю броню и заменили аккумуляторы. — Заявил я, спустившись на землю. — Броню надо будет выслать отдельно от… скелета. И я не собираюсь говорить сейчас о цене. После замены аккумуляторов его еще раз осмотрит мой механик. И только после его заключения я приму решение, покупать ли мне это чудо враждебной человеку техники. И вот тогда вы обсудите с господином Березовским скидку с двух миллионов первоначальной стоимости.
— Речь не может идти о сумме меньше четырех миллионов, — среагировал на мою речь представитель завода.
— Ну пока я не собираюсь выложить за него даже сотню тысяч. — Спокойно ответил я. — Вы готовы заменить аккумуляторы, и дать моему механику осмотреть машину?
— Да. Мы временно поставим на него аккумуляторы с действующего прототипа.
— Временно? Значит, вы вычтете сумму покупки новых из общей цены продажи меха?
— Мы… Хм, попробуем зарядить имеющиеся. Если не выйдет, подыщем замену, господин. Ваш механик может приехать завтра. Броню мы демонтируем, как вы и просили.
— Отлично. Я увидел все, что хотел. Пойдемте, Борис Викторович. Завтра вам снова сюда ехать, вдруг мы все же решим приобрести этот «набор запчастей».
— Я бы не советовал. Два миллиона — слишком высокая цена за металлолом.
— Три с половиной! — Пискнул представитель завода, — но Березовский его проигнорировал.
