Чужой наследник 6 полностью

— Присаживайтесь, господа. — Я показал на вторую сторону стола, где были приготовлены стулья для посетителей. Именно стулья, причем жесткие и неудобные. Я занимал единственное комфортабельное кресло в комнате. Да. Я мелко мстительный. Они сразу должны понять, что им здесь не рады. А еще, когда человеку неудобно, а человек привык к комфорту и уважению, он раздражается. — Мой юрист задерживается. Но я не вижу ничего страшного, чтобы приступить к делу без него. У меня много дел, и я не хочу тратить время на мелочи. Предупреждаю. Ведется аудио и видеозапись нашей встречи — я махнул рукой на камеру, висящую в углу переговорки, которая к этому времени уже ничего не записывала. Программисты «Нитей» заблокировали нам всю систему безопасности еще десять минут назад.

Селиверстов переглянулся с адвокатом, тот ему едва заметно кивнул. Они расположились на стульях напротив меня, и Силиверстов начал дозволенные речи.

— Хорошо. Если вы настаиваете…

— Я не настаиваю. — Ответил я. — Я не понимаю, зачем мне юрист на этой встрече. Никаких сделок с вашей компанией я заключать не собираюсь. Я вообще сегодня подал на вас жалобу, кстати. Так что считайте мы с вами эти… оппоненты. — Это все сценарий Корабчевского. Я не очень понимаю, даже, зачем все это говорю. Но если светило юриспруденции говорит, что так надо, значит надо.

Лазарев, их юрист, сделал стойку. Я видел, что он колеблется, и поэтому подлил масла в огонь.

— Ну, выкладывайте уже, зачем приперлись и уматывайте.

— Олег Витальевич! — Оскорбленно сказал Селиверстов. — Вам не кажется, что вы начали переговоры не с той ноты? Может, стоило взрослых пригласить? — Не удержался он в конце.

— Эр Строгов для тебя, гражданин Селиверстов. — Жестко ответил я. — Из краткого знакомства с персоналом вашей компании я понял, что бытовое хамство является для ваших сотрудников номой в деловом общении. Вот и решил соответствовать.

У него дернулся глаз. Ей Сила. Кажется, я его начал доставать. То ли еще будет, корпорантик.

— Я уже извинился, за поведение нашей сотрудницы, эр Строгов. Полагаю, мы можем перейти к основной теме сегодняшней встречи?

— Секунду, — сказал я. — Эй ты, консультант. Ты сюда в игрушки на комме играть пришел? — «Консультант», оторвался от экрана, и с удивлением посмотрел на меня.

А что? Представили его как простеца. Ранговое кольцо этот сапфир снял. И сейчас считывал мои эмоции. А я выдал в эмоциях максимум недовольства и высокомерия с брезгливостью, на которые был способен. Просто пацан, которому огранка и небольшие деньги снесли голову. Вот что он должен был подумать.

Я достал собственный комм из кармана и демонстративно его отключил.

— Если вы, господа, — это слово я снова произнес через губу, — собрались говорить о чем-то серьезном, отключите коммы. Пока же все, что я вижу от сотрудников вашей компании, — это неуважение к деловым обычаям и собеседнику.

— Хорошо, если вам так будет спокойнее. — Сразу сориентировался Лазарев. — Господа, давайте действительно сосредоточимся на переговорах.

Он единственный здесь был мне ровня, вернее, даже повыше статусом, серебряный перстень ограненного он носил открыто.

Делегация достала коммы, и кто-то отключил, а другие поставили на беззвучный. Просто, как конфетку у ребенка отобрать. Впрочем, через пять минут по плану моя охрана еще и глушилку включит. На всякий случай, ага.

— Мы можем, наконец приступить? — С раздражением в голосе вопросил Селиверстов.

— Излагайте. — Барственным жестом снизошел я до него. — Что у вас там?

— Излагайте. — Барственным жестом снизошел я до него. — Что у вас там?

Он зыркнул на меня уже с откровенной злобой. Клиент доходит до кондиции. Уже почти.

— Мы собираемся обсудить вопрос выкупа ваших патентов и контрольного пакета привилегированных акций «Вместе». Вот наше предложение. — После этих слов Селиверстова, Лазарев протянул мне проект соглашения.

Я безо всякого интереса пролистал его, увидел пустую графу, напротив стоимости активов и закрыл.

— Чисто из познавательного интереса спрошу. За какую сумму вы готовы осуществить выкуп? Сразу говорю, чтобы не было недопонимания, продавать я вам ничего не собираюсь.

— Патенты за три миллиона, акции за пять миллионов алтын.

Я расхохотался. Причем вполне искренне. Вот ведь жлобы! Восемь миллионов за все про все. Это какой-то новый уровень жмотства. Впрочем, судя по их настроению, покупать они в целом ничего не собирались.

— Насмешили. Как я уже сказал, я в принципе ничего не собираюсь вам продавать. Но интересно узнать, что монополист в сфере связи предлагает такие мизерные суммы за проект, который по расчетам моих финансистов только в первый год способен принести двести миллионов прибыли.

— Не собираешься? Ты, видимо, совсем потерялся, мальчик. Утратил ориентиры. Пока не поздно, я предлагаю взять тебе положенную косточку, вернуть нам нашу собственность и забиться в самую глубокую конуру, которую ты сможешь найти! — Наконец, взорвался Селиверстов.

Отличный выход из-за печки.