Отучившись три пары в Политехе, я отправился в свой клуб железных дровосеков. Ваня сбежал туда раньше меня, а я хотел обсудить с ним и с инструктором кое-какие мысли по поводу мехов. Кроме того, практика вождения мне все еще нужна. Управление «Цыпленком» довольно сильно, по ощущениям, отличается от вождения меха-экзоскелета, но общий принцип, а главное, скорость синхронизации зависят от «нагулянных» часов вождения. Я быстро все схватываю, но здесь властвует принцип взаимодействия ауры и техномагических устройств, а у меня почти нет преимуществ в этом вопросе перед низкоранговыми ограненными. Ну меня мать Сила и так не обделила талантами, так что грех жаловаться.
В ангаре стоял шум-гром-треск. Многострадальную однерку наконец-то починили и выгоняли из ангара на первые ходовые испытания после восстановления. Ремонтом эту реанимационную процедуру назвать было нельзя при всем желании. Там половину запчастей заменили, и это помимо мотора. Шел «Первый» бойко, однако даже мне была заметна рассинхронизация конечностей. Так что парня слегка пошатывало из стороны в сторону, как будто мех страдал артритом коленных суставов. Черепанов взял на себя роль пилота, так что я взял Ивана за локоток, и вывел из шумного ангара на свежий воздух. За нашей спиной раздался могучий удар металла о бетон. Это студиозусы уронили на пол опору третьего меха, которую пытались смонтировать на машине. Ваня вздохнул, рванулся было назад, но я настойчиво придержал его.
— Без тебя справятся. В этот раз, думаю, догадаются подстраховать через балку крана. Давай поговорим, а то у нас с тобой времени не так много у обоих. За неделю считай, словом не обмолвились.
— Нет, ты посмотри на этих ебланов косоруких, Олег! А если они опору помяли? Ничего доверить нельзя.
— Ты сам-то веришь, что опору меха можно помять, просто уронив на пол? Пока ты все за них делаешь, они ничему сами и не учатся. Так и останутся зергами, у которых лапки. С коготками.
— Там суставы же! Эх. Смотреть больно, давай отойдем. Пусть, и вправду, сами корячатся. — И Иван, с видимым усилием, повернулся к творящемуся в ангаре непотребству спиной.
Мы немного отошли в сторону, глядя на заходящего на первый круг испытательного полигона «Первого». Тот лихо преодолевал скользкие склоны, грязевые ямы и вспаханную землю. Инструктор был мастером-пилотом. Кому попало такое звание не давали. Так что легкая рассинхронизация конечностей меха ему вообще, казалось, не мешала.
— У меня для тебя будет несколько безумных идей, которые, как я полагаю, улучшат действующие прототипы мехов. И вопрос. Причем сперва вопрос.
— А «Первый» молодцом держится. Звук движка чистый, отсюда слышу. Рассинхрон есть, но это мы уберем… — Пробормотал Иван, затем повернулся ко мне и спросил, — Чего?
— Вот идеи. — Я передал ему папочку с документами. Я сам нарисовал принципиальные схемы новых устройств и сделал предварительные расчеты. Чем невероятно гордился. — Изучи, пожалуйста, на досуге. Мне от тебя нужна предварительная оценка. Ты технику чуешь. Скажешь, что здесь полное говно, и вообще не стоит даже браться за реализацию. А что, по твоему мнению, сгодиться и можно пробовать.
Первый бодро ковылял мимо нас, и я помахал Черепанову рукой, привлекая внимание. Он понял меня правильно, остановил и заглушил мех. Вылез наружу и подошел к нам с Иваном.
— Здравия желаю, господин инструктор! — Бодро отрапортовал я, вытянувшись в струнку.
— Задолбал ты, Строгов, со своими шуточками. Чего ты здесь армейца из себя строишь? Не служил же. — Скорее заучено, чем с раздражением проговорил Черепанов.
— Не служил, господин инструктор. Но порядок знаю.
— Ладно. Чего ты меня остановил, Строгов. Давай выкладывай! И покороче, без этого твоего псевдо-казарменного юморка. — Инструктор сплюнул на землю и снял пилотский шлем с наушниками.
— Если я найду списанный тяжелый мех. И куплю его. Можем ли мы провести его как учебную единицу, и поставить в наш ангар? Насколько я знаю, второй и третий пустуют.
— Его на баланс универа надо будет поставить. Денежки твои тю-тю, тогда. И второй, и третий ангары заняты под склады, Строгов. Но идея, конечно, прекрасная. Я бы от тяжа в гараже не отказался.
— Склады, ага. Так и скажите под свалку. — Инструктор покраснел и открыл рот, но его опередил Иван.
— А вот тут Олег прав, Ефим Алексеевич. Свалка и есть. Дайте мне в помощь трех парней, один мех, и я за два занятия превращу все это безобразие в склад, и один из ангаров расчищу.
— Сопляки млин. Учить они меня вздумали. Инициатива, Гордеев, имеет инициирующего. Так что приступай. Забирай однерку. Парней я сейчас осчастливлю. Чтобы до конца недели ты один ангар освободил. И не дай Сила, хоть одна железка пропадет. Оштрафую нахрен. У меня все на учете! Понял?
— Сделаю, Ефим Александрович. Не сомневайтесь. — Спокойно отозвался Ваня. — Но не обессудьте, я часть барахла приготовлю к утилизации. Вы как хотите, но там половина ваших запчастев только на переплавку уже годна.
— Да ты!…
ЕФИМ ЧЕРПАНОВ
