— По моей оценке, месяца два-три. Раньше ты на кукловодов не выйдешь. Мне ведь не нужны доказательства для суда. Достаточно будет точного знания, куда бить. Сама по себе Лига назерг мне не уперлась, ты же понимаешь. Такие идиоты всегда будут. Но без поддержки от власть имущих будут не опасней обычных мелких бандитов.
— То есть то, что я делаю сейчас, бесполезно?
— Кто тебе такое сказал? Всех, кто попал в наше поле зрения через тебя, сдадим людям Державина. Дай срок. Оставлять эту шушеру в покое никто не собирается. Просто они меня лично не интересуют.
— Хорошо. А то там такие мерзотные твари есть. Очень не хочется, чтобы они остались безнаказанными.
— Я веду святой поход против Хмари. Мне нужны предатели среди знати и аристократии, а не мамкины революционеры. Впрочем, им тоже мало не покажется. Обещаю.
— Хорошо. — Она чмокнула меня в щеку. — Пора. — Мария встала и пошла к дверям.
— Удачи, красотка.
— Звучит, как издевательство. — Она провела рукой вдоль фигуры.
— Я-то знаю, как ты выглядишь, на самом деле! — Вполне искренне ответил я.
Послав мне воздушный поцелуй, Мария Соколова выскользнула в коридор.
Я подождал еще десять минут и тоже вышел наружу.
Никакой слежки за моим клерком не было. Значит, Марией еще не заинтересовались серьезные люди. Ну и ладно. Павлоград не за один день строился.
Интерлюдия. Павлоград. Дворец Алмаза
Сегодняшнее совещание в «узком кругу ограниченных людей», как шутил Скопин, император начал с пафосной ноты.
— Сиятельные господа. Кажется, мы благополучно прошли через кризис. С предателями в силовых структурах разобрались. Ближайшие задачи выполнили. И, несмотря на то, что так и не обнаружили главных режиссеров этого спектакля, сумели погасить раздуваемое пламя. — Он обвел взглядом присутствующих
Неизменный секретарь сидел чуть позади императора, вне круга чиновников. Новая глава Тайной Службы Изольда Харштайн расположилась напротив Шуйского, глядя в сторону. Скопин безмятежно почесывал бровь мизинцем. Державин сжимал свою красную папку и хмурился каким-то своим мыслям. К постоянным членам «тайного Кабинета» прибавился министр юстиции — Смоктуновский. Старик проявил себя как верный лично императору человек и был весьма компетентен. Пушкин сегодня отсутствовал. Вопросы, подлежащие сегодня обсуждению, лежали вне его сферы интересов.
— Пламя мы погасили. — Согласился Смоктуновский. — Но угли остались, Ваше Величество. И есть множество желающих раздуть новый пожар. Недавний скандал с «Нитями» тому подтверждение.
— Нет, Иннокентий Михайлович. «Нити» — совсем другое дело. — Встряла Изольда. — Мы знаем инициатора. Как и то, из-за чего весь сыр-бор. Это обычная коммерческая разборка.
— Интересные у вас, бесценная леди, представления об «обычном». Весь рынок на дыбы встал. Таких финансовых катаклизмов не припомню уже лет тридцать.
— «Нитям» следовало думать, с кем они связываются, — насмешливо заметил Державин. — Наш пострел просто завалил очередного Фомора. Хотя, как у него это получается, ума не приложу.
