Интересно, «Нити» вообще доживут до суда по патентам, как юридическое лицо? Потому что если нет, то и суда нет. А все почему? Потому что неча маленьких обижать. Зря я иногда другим камням завидую. Никакой сапфир или там аметист не смог бы спровоцировать такую бурю. Если бы не я, у Знаменского вместо доказательств был бы шиш с маслом. Да и вскрыли систему злоупотреблений мы, только после незаметного проникновения в крепость противника. Так что есть повод гордится собой. Теперь надо еще чтобы меня, такого красивого, не подстрелил снайпер обиженных оппонентов. Но на такой случай у меня алмазный амулет имеется, за миллион алтын. Два-три выстрела я выдержу, а больше я сделать никому не дам.
Я еще раз обозрел ленту новостей. И задумался. После чего, повинуясь неясной еще мысли, я вызвал к себе Березовского и отдал ему странное, с его точки зрения, распоряжение.
— Все заработанное на этой истории и все резервы — на покупку. — Сказал я ему.
Тот оправил несвежий пиджак, покрутил жирной шеей, и все же спросил.
— Что покупаем, Олег Витальевич?
— Акции «Нитей».
— Не рано? — с удивлением спросил он. — Сейчас, конечно, когда они дешевле туалетной бумаги стоят, мы можем скупить солидный пакет. Но зачем он нам?
— Это компания — монополист на рынке ИТ технологий. — Ответил я. — Что произойдет, когда гигант рухнет?
— Многие люди будут злы на вас? — Спросил мой финансист.
— И это тоже. Но кроме того может упасть Паутина. Инфраструктура по ее обслуживанию вся в руках «Нитей». А там сейчас посадки директоров и учредителей начнутся. Представляете, господин Березовский, какой коллапс это может вызвать?
— Вот теперь, когда вы сказали, представил. И ужаснулся.
— В Алмазном дворце и Кабинете тоже не идиоты сидят. Уверен, у них воображение не хуже нашего. Скорее всего распада инфраструктуры они не допустят.
— Вы намекаете на национализацию, прости Сила? Но зачем нам акции национализированного предприятия? От них надо избавляться, как от чумных бинтов в лекарне.
— Я, примерно месяц назад читал цикл исторических очерков, о национализации корпорации «Чистая земля». Которая производит зиккураты. Вернее, УТРы. корпорацию забрали у клана Алмаз. Оставив им большой пакет. Контрольный в руках государства. Остальное выпустили на свободный рынок. Это единственные акции, которые растут постоянно. Как золото. Клан Алмаз на этом даже заработал. Там чуть до гражданской войны не дошло, когда они попробовали использовать монополию, как рычаг. Но не суть. Я посмотрел еще пару примеров. Думаю схема будет такая. Стоимость акций заморозят. Контору возьмут под контроль государства. Реорганизуют в какое-нибудь государственно-частное товарищество. Контрольный пакет Кабинет оставит у себя. А остатки выпустит в свободное обращение, через аукцион. А владельцам акций предыдущей корпорации либо выдадут эквивалентные пакеты. Либо предложат компенсацию, которая будет чуть выше цены акций на момент их снятия с продаж. Прецеденты были.
— И вы хотите получить солидный кусок новой компании. Разумно. Мало кто пойдет на риск покупки мусорных бумаг. Вы должны понимать, Олег Витальевич. Что, если схема будет другой, вы потеряете десятки миллионов алтын. Если они просто объявят о банкротстве или национализация будет полной…
— Не тот масштаб. — Я покачал головой. — Это не сеть магазинов одежды. Я готов рискнуть.
В воскресенье я улизнул из нашего здания, воспользовавшись гранями, чтобы точно уйти от любого наблюдения. Изменив свой облик с помощью личины, направился в район города, называющийся «Муравейник». Новые высотные дома с крохотными квартирками, сдаваемыми внаем. Или принадлежащие корпорациям, которые сдавали там жилье своим низовым работникам в социальный найм.
Первые этажи занимали магазинчики бакалеи, столовые, парикмахерские, аптеки и прочие небольшие предприятия для простецов и мелких ограненных. Просто одетые люди в не слишком новых и не очень-то модных одеяниях спешили по своим делам.
Сам я выглядел как мелкий корпоративный клерк. Возраст личины тридцать пять лет. Тонкие усики, зализанные шатенистые волосы. Плохая, шелушащаяся кожа. Сгорбленные плечи. Взгляд не отрывается от потрескавшегося замусоренного асфальта. Одет в повидавший виды костюм-двойку мышастого цвета.
Страшно подумать, но только в этом квартале жило больше ста тысяч человек. Больше, чем во всей столице во времена Арлекина. В Империи население было больше, чем в Ожерелье. Но оно было размазано по огромной площади. И большинство составляли бесправные крепостные крестьяне. Теперь же все изменилось. Иногда эти изменения были такими огромными, что проникали в мозг и западали в душу, только когда увидишь их вблизи. Я вот только сейчас осознал, что в столице есть квартал новостроек, заселенный гуще, чем самый большой город моего времени.
Наконец, показалась цель моей прогулки. Большой развлекательный центр. Ночной клуб, публичный дом, визион, спортзалы, бассейн и бани. Все в одном флаконе.
