– По секрету скажу, кабинет – это доверие. Сан Саныч кабинетами не разбрасывается.
Геныч пошевелил усами и ушел, оставив меня в плохо освещенном гробу.
Доверие! Странно это здесь работает. Кабинет дали за хамство. Может, мне Филимонова еще пнуть надо было? Тогда б кабинет с окном дали.
Миша нашел в интернете подержанную кроватку из ИКЕА. Купил, привез и, чертыхаясь, собрал, прикрутив отверткой-ключом подержанные части друг к другу.
Ира сидела на кровати, смотрела за работой и комментировала:
– Бортик низкий, мне кажется. Ванечка может упасть.
– Чтобы ему упасть, – сказал Миша, – Ему надо сначала научиться стоять.
– Это происходит с детьми неожиданно, – сказал Ира рассудительно. – Раз – и уже стоя́т.
– Даже если он встанет, ему нужно будет научиться прыгать с шестом. Бортик выше него.
Миша пододвинул кроватку ближе, чтобы показать. Впрочем, всё и так было видно.
– Ты бабке на сколько Ванечку отдал? – спросила Ира, меняя тему.
– Она сказала: «Когда освободитесь, заберете».
– Мне не нравится, что мы надолго ей ребенка отдаем. Тем более у него сопли.
Миша махнул рукой, мол, нормально. Ира возмутилась:
– А тебя не беспокоит, что ребенок привыкнет к чужому человеку и перестанет на нас реагировать?
Миша не ответил, только внимательно посмотрел на нее.
– Ты чего?
– Ничего, – сказал Миша.
– Секса не будет.
– Почему? – спросил Миша, не отводя взгляда.
– Ты кроватку не доделал.
– Там немного осталось, – бархат и теплое море были в его голосе.
– Убери отвертку, – сказала Ира.
И упала отвертка на пол со стуком, покатилась под кровать. И расстегнулись пуговицы, и упали два тела на кровать.
Геныч пришел совершенно не вовремя.
– Вторник! – сказал он.
– Знаю.
Я сидела перед включенным компьютером, и буквы на экране расплывались у меня в глазах.
– Готова?
– Виктор Геннадьевич, я в растерянности.
– Так я и понял.
Геныч поставил стул и уселся рядом. Я не сдвинулась с места.
– У меня несколько кандидатов, – сказала я. – Они все в критическом положении.
– А кому хуже?
Сука! Словно прочитал мои мысли. Сама об этом сидела и думала. Ненавижу его, всех и себя!
– Они все в равном положении, – говорю. – Для меня.
Геныч нагнулся к экрану.
– Это они?
Два маленьких тела, которых изогнула проклятая болезнь. Катетеры и мятые подушки.
– Они, – сказала я.
– Вот этого выбирай, – ткнул Геныч пальцем.
Я захотела двинуть ему в нос локтем. Но сдержалась.
– Почему этого? – спрашиваю.
– Потому что всем не поможешь, – сказал Геныч. – Пусть будет этот.
Я резко повернулась к Генычу, едва носом не задела прокуренные усы.
– Этот? Да? А вы возьмете на себя такую ответственность?
Но Геныч не дрогнул:
– Милая моя, и не такую брал. Теперь еще вот что: тебе бюджет выделили до конца года. Я там тебе на почту письмо послал.
– Бюджет? Это что значит? – спросила я с опаской.
– Это значит, больше ответственности на тебе. А ты что думала? Кабинеты просто так не раздают. Хочешь помочь нескольким – сама выбирай. Влезут несколько в бюджет за месяц, пожалуйста. Но так, чтобы расходы не превышали утвержденную смету. Сан Саныч в отъезде. Так что напрямую к бухгалтеру. Знакома с ней?
– Нет.
Геныч широко улыбнулся:
– Исключительная женщина!
– Давай еще раз? – сказал Миша.
Но Ира отвалилась в сторону.
– Всё, не могу больше.
– Я в ванную, – Миша в два движения вскочил с кровати. – Тебе что-нибудь принести?
«Почему мужики такие бодрые после этого?» – подумала Ира.
– Я сыра хочу, – сказала она. – И к бабке загляни, как они там?
– Они спят, наверное, – Миша надевал джинсы. – Рано легли.
– Все равно, загляни аккуратно. Что ж мы за родители такие? Весь день протрахались.
Миша довольно улыбнулся:
– И нам хорошо, и бабушке радость.
– Заткнись и иди за сыром.
– За сыром или за сыном?
Она бросила в сожителя тапок. Миша усмехнулся и вышел, победитель победителем.
У Иры задрожал смартфон. Звонил доктор.
– Хватит мне названивать! – сказала она в трубку.
– Вы весь день не брали трубку.
– Я трахалась, – сказала Ира.
Доктор замолчал, переживая полученную информацию.
– И как всё прошло? – спросил он в итоге.
– Неплохо. Что ты от меня хочешь?
– Мы можем встретиться?
Ира не успела ответить, хлопнула дверь, и в съемную комнату вошел энергичный Миша.
– Сыра нет! – почти крикнул он с порога. – Посмотрел, есть бананы.
– Я перезвоню, – сказала Ира и сбросила звонок.
– Это кто был?
– До диспетчерской дозвонилась. Чтобы дверь внизу починили.
Миша слишком хорошо ее знал. До диспетчерской? Чтобы дверь починили?
– Так поздно? – спросил он.
– Так они – круглосуточно, – Ира отвернулась, чтобы не смотреть Мише в глаза.
– А зачем ты им будешь перезванивать?
Похоже, он загнал ее в угол.
– Ну… чтобы узнать, сделали или нет, – она торопилась закончить этот разговор. – Короче, сыра нет, неси бананы.
Миша ушел, унося с собой подозрение, про которое он, вопреки обыкновению, почему-то решил пока не говорить.
Бухгалтерия. Как и полагается: цветы в горшках, на стенах календари со святыми.
