– Ну не то чтобы… Она сидела в зале, я поднялась под лестницей… Думала, что она может услышать, пойти за мной, но я знала, что там в сейфе пистолет. Быстро открыла, сначала пистолет взяла, потом деньги, в пакете там лежали. Агаты нет, я успокоилась, села за компьютер… Появляется… Царица полей и огородов!.. Я сижу, пистолет на столе, она за ним, убить меня хотела. Но я оказалась быстрее, взяла пистолет… А он уже заряжен, даже с предохранителя не надо снимать, сама не поняла, как выстрелила. Агата убегать стала, я за ней… Как будто нахлынуло что-то, охотником себя почувствовала, поняла, что на все пойду, но убью… Когда хватилась, было уже поздно…
– Страшно стало?
– Еще как!
– Но ты же не растерялась, круг по дому сделала, прежде чем в подвал зайти.
– Сделала… А вдруг кто притаился?
– Грамотно круг сделала, собака и не поняла, что ты в подвал зашла.
– Поверь, о собаке я тогда не думала… Как свалить думала.
– И как деньги не потерять… Но пачку потеряла, – напомнил Федот.
– Ты прямо во всех подробностях все хочешь знать? – косо глянула на него Дарьяна.
– Да нет, просто вспоминаю.
– Как вы убийцу искали… Наверное, думаешь, что я нарочно Агату убила?
– Да не думаю…
– А может, и нарочно… И не хотела убивать, но и мимо пройти не побоялась. Ей же будет хуже, если заметит… Заметила.
– А ты ее за это наказала?
– За Леву наказала… И за ее папочку! Я слышала, как Грушин с Левой говорил, слышала и чувствовала. Рано или поздно Грушин меня бы убил. Нанял бы Валентина, и все… Может, Валентин и меня приходил убивать?
– Не знаю… И уже не узнаю… – вздохнул Федот.
Не сможет он больше позвонить Степану Круче, спросить, почему Вихарев убил Белокрылова. Может, на самом деле исполнял заказ Грушина…
– Чертова семейка! Отец кобель, дочь шалава! – разошлась Дарьяна. – А меня на свалку истории, да?.. Нет!..
– Грушин к тебе не приставал, – сказал Федот.
– А он должен был приставать?.. Ах да, я говорила! – вспомнила Дарьяна.
– Защитная реакция, – кивнул он.
– В смысле, врала без задних ног?.. Ну, может, и соврала чуть-чуть…
– Может, и не нужен я тебе, – вслух подумал Федот.
– А ты поплачь, легче станет! – язвительно сказала она. И осознав, что перегнула палку, пошла на попятную. – Ну извини, сама не знаю, что на меня нашло.
– Я тебя разозлил.
– Вот именно!.. Ну что, будем жить дружно? – спросила она, изо всех сил пытаясь выжать из себя милую улыбку.
Федот кивнул, соглашаясь с тем, что счастья с Дарьяной не будет. Хитрая она, жадная, мстительная, умеет притворяться, изворачиваться. В общем, имя этой женщине коварство. Но в то же время он сделал свой выбор и готов идти с ней до конца. Тем более что у него есть все шансы перенастроить ее под себя. Перенастроить целиком и полностью…
Они выехали из Битово в сторону бетонки, не нужна им Кольцевая, когда есть другие, более безопасные, маршруты.
– Мне бы под кустик, – сказала Дарьяна. – Сверни где-нибудь, пожалуйста!
Федот кивнул, свернул в подлесок, Дарьяна полезла в свой рюкзак, сказала – за салфетками. Он открыл дверь, чтобы выйти, размяться, но Дарьяна вдруг потянулась за ним. В шею что-то с силой ткнулось – и сильный разряд электрического тока ударил точно в мозг.
В чувство Федота привел резкий пронзительный запах нашатыря. Он лежал на земле, а перед ним сидел, кисло улыбаясь, капитан Круча.
– Живой? – закрывая склянку с нашатырем, спросил он.
«Девятка» стояла у выезда на шоссе, «Волга» перекрывала ей путь. Дарьяны не видно, но что-то подсказывало, что она уже в наручниках.
– Где Дарьяна? – угрюмо спросил Федот.
– Приехала твоя Дарьяна… И тебе пора возвращаться!
Степан вздохнул, с укором глянув на подчиненного, поднялся и побрел к своей машине. Понял он все, но добивать Федота не торопился. Серьезный разговор еще впереди, но, может, и не будет ничего. Если Федот напишет рапорт на увольнение и выпадет в осадок, чтобы ни с кем никогда не видеться. Ни с кем никогда. А потом жить как облезлая собака, заливая душевные страдания водкой. Нет, не будет Федот подавать рапорт. Но и объясняться с Кручей тоже. Как хочет, так пусть его и понимает. Как хочет, так пусть его и воспитывает.
Танец невесты прошел на ура, народу понравилось, Людочку требовали на бис. И выходила, сучка, танцевала у шеста. И Сафрон потребовал ее в приват, но Людочка к этому времени уже выдохлась, нет, она отработала как надо, но без души, без дрожи в теле. В общем, не понравилось ему, наорал на дуру, из клуба вышел неудовлетворенный. Сел в машину и домой без охраны поехал.
А дома Ленусик, вышла к нему растрепанная, шелковый халат запахнут с перекосом. Душ приняла, а волосы расчесала кое-как, халат напялила на мокрое тело. А спать не легла, зависла у барной стойки, в руке стакан с виски, и выхлоп такой, что загорится, только спичку поднеси. Неудивительно, всю ночь квасила.
– А где твоя ненасытная невеста? – спросила она и взяла стакан, чтобы выплеснуть Сафрону в лицо.
– Замуж вышла.
– За тебя?
– За всех!
