— Ты не чувствуешь боли? — снова спросил он, не отрывая глаз от её бледного и слегка испорченного болезнью лица.
— Нет, — Анна медленно покачала головой. — Только легкое жжение в теле, но это скорее дискомфорт чем боль. Утром меня это раздражало, но сейчас уже привыкла.
Алхимик кивнул, сделав пометку в дневнике и вернулся к рабочему столу, снова погружаясь в свои записи и мысленно молясь Святому Биому о том, чтобы Лили скорее закончила микроскоп по той технологии, что он сам разработал. Вернее, он лишь выдвинул гипотезу и поделился мыслями с инженером Вектора, а уже она, подхватив идею алхимика, кинулась делать расчёты и уже через два дня приступила к созданию прототипа.
Но пока первое в мире изделие такого плана не было завершено, Эрл работал над созданием раствора, который позволил бы разделить кровь Анны на простейшие клетки для дальнейшего, более детального изучения. Ему нужно было выяснить, что именно в крови девушки вызывает это самое «жжение» и другие неприятные ощущения, что сменяли друг друга день ото дня. Алхимик был уверен, что именно эти ощущения являются следствием борьбы организма Анны с той заразой, что пытается её подчинить. Более того — опираясь на подобные умозаключение, можно прийти к выводу, что болезнь, после попадания в организм человека, безостановочно генерирует сама себя, раз иммунитет полукровки не способен побороть ее окончательно… Либо, что куда более вероятно, эта зараза питается лимфоцитами или их производными, которые накапливаются в органах иммунной системы, так называемыми — клетками-защитниками. При инфицировании организма бактериями, вирусами, грибками и другой патогенной флорой, лимфоциты вырабатывают антитела — белки, которые атакуют «захватчиков». Именно так работает иммунитет. Если иммунная система в норме, организм быстро побеждает инфекцию. Но в случае Анны, учёные столкнулись с патовой ситуацией — иммунитет не способен окончательно побороть болезнь, а болезнь, не способна захватить весь организм уничтожив или сожрав лимфоциты. Над выявлением одиночной клетки патогена и такой же одиночной «клетки-защитника» сейчас и работал старый алхимик, чтобы впоследствии изучить, а потом и стравить их между собой в лабораторных условиях, получив наконец ответы на все свои вопросы…
Руки его двигались быстро, но точно — годы практики и исследований давали о себе знать. Эрл начал осторожно вводить реагенты в пробирку с кровью, после чего внимательно следя за изменениями под обычным микроскопом. Используя одну из своих центрифуг, он надеялся позже расслоить получившийся коктейль для более пристального изучения, когда Лили закончит работу над его заказом.
Мысли Эрла всё время возвращались к сидящей за решеткой рядом Анне. Нет никаких сомнений — девушка является ключом к разгадке природы этой проклятой болезни, но её состояние оставалось достаточно нестабильным. То жар, то холод, периодические судороги, то же жжение о котором девушка сказала десяток минут назад. Это было похоже на тропическую лихорадку с которой самостоятельно справлялось чуть меньше половины заболевших. Организм человека интересный, и далекий от совершенства механизм — иммунная система идет на любые шаги, лишь бы выполнить поставленную перед ней задачу, иногда, даже ценой жизни своего хозяина. Никто не знает, как долго будет сохраняться хрупкий баланс в организме полукровки, поэтому Эрл просто не мог позволить себе ошибиться — слишком многое стояло на кону…
Вопреки надеждам алхимика, Лили ненадолго отложила доработку его заказа и полностью погрузилась в свой предыдущий проект. Она находилась в своей мастерской, глубоко погружённая в сложный эксперимент, который мог перевернуть представления о возможностях энергии.
Её рабочее место была совсем не похоже на обычные мастерские: пространство выглядело как пересечение старого и нового мира. Повсюду были разбросаны детали механических устройств, паровые двигатели, массивные генераторы и многочисленные чертежи. На стенах, поверх своих старых патентов, висели сложные схемы, графики и формулы, написанные от руки в порыве вдохновения, или мелом на досках, которые заполняли не малую часть доступного пространства.
Среди этого хаоса Лили чувствовала себя как дома. Она носила старый кожаный жилет, покрытый масляными пятнами и следами от копоти, а её не длинные, яркие волосы были собраны в небрежный пучок. Лицо было сосредоточенным, но глаза блестели от возбуждения. Лили была на пороге открытия, которое могло изменить ход войны против проявления болезни в виде оживших и мутировавших тварей, которые терзали её родину, и более того — могло обеспечить Вектор почти неограниченным источником энергии.