Боль резко оборвалась после ее слов. Он тотчас выпустил ее руку из стальных тисок и, подняв ее за плечи на ноги, толкнул на кровать. Она, как затравленный зверь, свернулась в клубочек и затаила дыхание, в ушах слышалось только отчаянное биение сердца.
За распахнутой настежь дверью в коридоре стояла служанка, ставшая невольным наблюдателем этой сцены.
— Иди, Минди. Наша гостья останется сегодня у нас, — прошипел ей Седрик и, сверкнув глазами, выразительно добавил перед тем как захлопнуть на щелчок дверь:
— Нет нужды беспокоить принца по такому пустяку.
Корнелия с распахнутыми глазами с застывшими в них слезами уставилась в потолок. Она услышала, как на пол упал тяжелый плащ Седрика, а он неспешно подошел к кровати. Он наклонился к ее лицу так близко, что золотистые пряди его волос завесой отгородили ее от комнаты. Она нервно закусила губу. Его обычно светло зеленые глаза в темноте казались черными, и Корнелия отчетливо увидела в них опасные, но манящие огоньки злого веселья.
— Поверила?
Из нее будто вышибли весь воздух.
— Ч-что? — просипела девушка, оторопело поднимаясь на локтях.
Он лишь вымученно улыбнулся и упал рядом с ней, закрывая глаза ладонью. Она слегка отодвинулась, что, тем не менее, не осталось незамеченным.
— Я тебя и пальцем не коснусь, — безразлично сообщил ей он.
«Почему?» — хотела было возмутиться Корнелия, но вовремя прикусила язык.
— Зачем… ты так со мной? — Корнелию замутило от того, как жалко прозвучал этот вопрос.
Но по факту, она ведь и была жалкой, растоптанной и разбитой, не было нужды изображать сильную и независимую воительницу, когда от прежней Корнелии почти ничего не осталось.
— Твоя речь была очень… проникновенной и трогательной, — ухмыльнулся Седрик с закрытыми глазами. — Совсем необязательно, чтобы об этом пошли слухи. Да и у принца сейчас слишком много забот.
— Тогда тебе не нужно было меня спрашивать, — обиженно пробормотала Корнелия, чувствуя, как какое-то сладкое чувство обволакивает изнутри.
Он не хотел делать ей больно всерьез. Он просто старался защитить ее от подозрений Фобоса. Если все должны думать, что ей плохо с Седриком пусть так оно и будет.
— Я подыщу тебе другую комнату, — сообщил ей лорд, протягивая ей одеяло. — Завтра.
Она растерянно взяла его и с удивлением заметила, что у Седрика есть и второе одеяло.
— Что будет со мной? — прошептала Корнелия с заметным напряжением в голосе. — Почему Фобос до сих пор не убил меня?
— Ты мне казалась умнее, Корнелия Хейл, — нараспев бросил ей Седрик, раскрывая свое одеяло и, не раздеваясь, лег на кровать.
— А все же? — упрямо отказывалась сдаваться девушка.
— Ты стражница. Если он убьет тебя, то твое место в команде станет вакантным, и ничего не помешает твоим подружкам найти тебе замену, — устало пояснил Седрик, отворачиваясь от нее к стене.
— То есть… пока я жива…
— Твои подруги могут атаковать только вчетвером без сил земли. Но без сердца Кондракара, которое ты послушно вручила Фобосу, это в любом случае уже маловероятно.
Корнелия закусила губу, чтобы не разреветься от своей глупости и беспомощности. Ее глупая самонадеянность поставила их в еще более трудное положение.
— Седрик, что с Элион?
— Все нормально.
— Она в порядке?
— В полном.
— Почему она исчезла и ничего не сообщила о себе? Она злится на меня?
— Спи, — раздраженно прошипел Седрик.
— Седрик, она знает о том, что..? О нас.
Лорд еле слышно фыркнул.
— Если ты не закроешь рот, мне придется вернуть тебя Минди, которая позаботится о том, чтобы ты замолчала.
Картинки с отрезанием языков и зашиванием ртов из артхаусных ужастиков вихрем пронеслись в ее воображении и заставили моментально захлопнуть рот. Нет, Фобос явно дал всем здесь понять, что убивать ее нельзя, однако ничто не может помешать кому угодно изуродовать ее.
После всего произошедшего с ней за один день, Корнелии не хотелось анализировать и представлять, что чувствует Седрик, находившийся с ней в одной кровати. Но разные мысли все равно лезли в голову.
Раньше ей казалось, что она никогда не найдет того человека, которому она захотела бы подарить себя. Все вокруг были слишком инфантильными, непривлекательными, неинтересными. Потом появился таинственный продавец книг, и впервые Корнелия задумалась о ком-то в таком ключе. Но по иронии судьбы ее Принц предпочел ей ее невзрачную подружку Элион. Корнелия кусала губы, закатывала глаза, сжимала ладони в кулаки, но ничего не могла с собой поделать.
— Ты дрожишь? — прошептала она.
— Нет, — шикнул на нее Седрик раздраженно, стараясь успокоить дрожащий голос и стучащие зубы.
Корнелия привстала на локте, подозрительно наблюдая за ним.
— Ты дрожишь, — категорично заключила она.
— Заткнись и спи, — прошипел Седрик, с трудом удерживаясь от того, чтобы не сорваться на крик.
— Кровать трясется, я не могу уснуть.
— Можешь перелечь на пол или катиться в свою спальню, — прошипел он. — Если тебя она устраивает больше.
— Здесь не холодно, а ты дрожишь, — снова повторила она, сама не зная, чего добивается.
Он молчал, видимо решив игнорировать ее присутствие в комнате.
