Изображение тряслось, съемка явно велась на ходу. Узнать место не получилось – в кадре была только мощеная дорожка, и под конец крыльцо. Следом камера навелась на дверь, и у Флик сердце ушло в пятки.
Дверь Грейс.
Рука вжала звонок, и через миг показалось знакомое лицо хозяйки.
– Здравствуйте, – начала она, не подозревая о камере. – Чем могу помочь?
– Добрый день, – ответил незнакомый женский голос. – Есть свободные комнаты?
Хоть бы нет, хоть бы нет!
– Есть, заходите. – Грейс с приветливой улыбкой отступила и направилась в глубь дома. – Давайте покажу. Их три; две с удобствами, одна…
Договорить ей не дали. Флик бессильно смотрела, как в шею ее подруги пустили сотни вольт, и та обездвиженно рухнула на пол.
Грейс лежала на полу, дыша судорожно и часто. Ток, секунду назад пронзивший ее, напрочь парализовал все тело. Даже широко распахнутые глаза не моргали.
От перепуганной жертвы амнезии в нынешней Эмилии уже не осталось и следа. Плевать, что там говорил Бруно, – у нее не было выхода. Ее принудили зачерстветь! Сами создали беспощадного охотника. А Грейс… Грейс просто разменная монета, ничего не попишешь.
Три из четырех магнитов с холодильника Карчевски уже оправдали себя; оставался последний – из прибрежного городка Олдборо, последнего известного местонахождения Флик. Публично раскрыв ее, власти невольно стянули в Олдборо всех шерлоков-любителей. Паб, где она работала, церковь, жилище бывшего и гостевой дом, где жила, – все теперь ломилось от желающих первым напасть на след Флик Кеннеди. Тем не менее они оставались ни с чем.
Беглые поиски Эмилии также не принесли плодов. Одно давало уверенность: где бы Флик ни укрылась, долго она там не просидит. Здесь у нее была и работа, и друзья – она, что называется, пустила корни, выходит, и сбежать решила явно спонтанно. Наверняка есть чем ее выманить!
После смерти Чарли власти урезали награду за поимку Флик, и, как результат, общественный интерес к ней отчасти схлынул. Тогда Эмилия уговорила Бьянку и Адриана послать очередной отряд прочесать город частым гребнем. После стрельбы Бьянка заклеймила ее «психически нестабильной» и «опасной для себя и окружающих», посадив на короткий поводок. Убедить их с Адрианом удалось, только когда Олдборо более-менее поутих.
И все же оба, видимо, поверили ей на слово, что выбор был либо стрелять, либо умереть. Эмилию без оружия и с конвоем из двух оперативников, мастеров своего дела, Гардинера и Яго, отправили в Олдборо.
Приезд выпал на ежегодный трехдневный городской праздник. Только что по улице вслед за броской парадной платформой под бодрую самбу прошлись танцоры в красно-бело-синих костюмах и с барабанами у пояса. Остановившись на пригорке, Эмилия натянула смарт-очки и включила режим бинокля, а затем принялась софтом для распознавания лиц сканировать людей на дороге. Тщетно. Ни следа Флик.
Решили разделиться и поспрашивать о ней в магазинах и кафе, однако теплого приема от местных не получили – все как один, сытые расспросами по горло, «ничего не видели, не в курсе». Пришлось уйти ни с чем. Занимательное обнаружилось позже, когда Эмилия решила просмотреть записи со скрытых камер Гардинера и Яго. Внимание привлекла молодая хозяйка гостевого дома, которую, судя по лицу, регулярно донимали вопросами о преступнице номер один. Вот только Эмилия интуитивно считала в ее микромимике разочарование. Сдружилась с постоялицей? И уже несколько недель кряду ломает голову, кем же была Флик? Вот и ниточка!
Время близилось к вечеру, гулянье понемногу сбавляло обороты, а Эмилия стояла над телом оглушенной Грейс, глядя, как у той дергается рука. По чуть-чуть та развернулась, как будто намеревались уползти на пальцах. Жалкое зрелище. Эмилия с размаху раздробила пальцы каблуком.
– Это вряд ли, – прошептала она. – Мы только начали.
Флик дрожащими руками надела смарт-очки и приблизила картинку к дому метрах в пятидесяти. Все три окна были скрыты от глаз шторами, свет не горел. В двери, впрочем, зияла щель.
Она переключилась на режим тепловизора в надежде сосчитать силуэты в доме, но дешевые очки – других на станции ТО не продавалось – подсветили всего одну желтую точку, и то слабо-слабо. Ну, все же кто-то внутри да находится…
Подмывало тотчас сорвать дверь и выяснить, что сделали с Грейс, – но ведь тут явно западня, нечего и думать врываться внутрь очертя голову. Флик встала поразмыслить под крыльцо бесхозного дома.
Покров сумерек, под которым она прибыла, уступил место ночной тьме. Ярмарка, карусели и аттракционы заливали небо радугой огней. И точно, сегодня последний день карнавала, – а среди толп гуляющих укрыться от любопытных глаз будет непросто. Ливень, накрывший Флик в Корнуолле, добрался через всю страну и сюда, однако праздничную кутерьму ничуть не попортил: по главной улице к пляжу, где финальным аккордом праздника станет салют, тянулся нескончаемый карнавал с китайскими фонариками.
