— Она шиноби! Воин! — нахмурился он и скрестил руки на груди. — И в отличие от вас, прекрасно понимает, что значат эти слова.
Тобирама был уверен, что сможет ее задеть такими словами. Хотелось смыть эту спесь с Яманака, чтобы перестала разговаривать с ним как с малолетним. Но куноичи снисходительно улыбнулась и пристально посмотрела на него.
— Неужели вы, после всего, что сделали, перестали видеть в ней человека? — она лукаво прищурилась. — Шиноби, воин… Сейчас ей нужен не строгий командир, а друг. А после того, как она все вспомнит, ей тем более понадобится ваша поддержка.
— Иноске вам обо всем рассказал, да? — Тобирама отвел глаза в сторону.
— Чтобы мне не пришлось идти вслепую. Но я и так бы все узнала, вы же понимаете.
Тобирама опустил голову и стал ходить по кухне кругами. Он понял, что ведет себя крайне глупо. Будь это кто-то другой, а не Шион, он бы полностью положился на специалистов, вместо того, чтобы пытаться самому лезть в ту область, в которой не смыслит.
— Думаете, она поймет, почему я так поступил? — спросил он.
Тобирама вдруг подумал, что именно чужой человек, как Сэри, может непредвзято оценить ситуацию. Ее разум не затуманен социальным контрактом с ним — она ему не друг, который бы стал обнадеживать. Тобирама обернулся на нее, и поймал взгляд полный сопереживания.
— Я не знаю, Тобирама-сан, — безапелляционно заявила Яманака, отсекая всякую надежду на положительный исход. — Но я сделаю все, чтобы объяснить ей ваш поступок.
— Вы его понимаете? — Тобирама попытался выдавить улыбку, но губы перекосились в горькой усмешке.
— Вы не виноваты, что так сложились обстоятельства, и вы хотели сделать как лучше для самой Шион.
Тобирама тяжело вздохнул. С своей стороны ему казалось, что он сделал верный выбор, однако Шион самый непредсказуемый человек в его жизни. Её поступки не мог предугадать никто. Но одно Сенджу знал точно. Ее натура не терпела лжи и лицемерия. А он умудрился врать ей на протяжении десяти лет. Никогда Тобирама не чувствовал себя настолько ничтожным, как в эту минуту. Врать той единственной, что беззаветно верила каждому его слову, и только сейчас осознать всю вину, когда ложь вот-вот раскроется. Если бы его кто-то обманывал точно так же, он никогда не захотел бы видеть этого человека вновь.
Сэри подошла ближе, и ее рука легла на его предплечье. От неожиданности Сенджу дрогнул и сжал кулаки. Такой легкий, совершенно естественный жест, но Тобирама почувствовал себя неловко. И этот участливый взгляд, полный доброты и чуткости пробрал его до глубины души. Хотя буквально минуту назад ее глаза готовы были прожечь дыру в голове Тобирамы. Совершенно непринужденно Сэри дала понять, насколько она неравнодушна к сложившейся ситуации, и Сенджу осознал, что оставляет Шион в самых что ни на есть надежных руках.
— Мне здесь не место, — отрешенно признал Тобирама, глядя в пол.
Сэри помолчала несколько секунд, давая ему внутренне примириться с этой мыслью, а затем сказала, что проводит его до двери. Ее ладонь изящно соскользнула с его предплечья, оставляя после себя горячую пульсирующую дорожку. Сэри улыбнулась ему, но не той женской заигрывающей улыбкой, к которой он привык. И даже не той, которая получалось у Шион. В изгибе пухлых губ искрились зрелая проникновенность и отзывчивость.
Шион переглядывалась с Иноске и видела, как сконфужено чувствует себя этот взрослый мужчина. И Кисараги решила бы, что это из-за нее, если бы не его кузина, которая ушла отчитывать брата хокаге за его неприличное поведение. Да еще с таким видом, как будто он сотворил непоправимую ошибку. Мало кто осмеливался перечить Сенджу, но эта куноичи не посмотрела на его положение, когда тот действительно обидел Шион такими резкими словами.
Иноске потянулся за своим чаем, и с его колен упал карандаш, укатившись под ноги к Шион.
— Шион-тян, — осторожно обратился к ней Яманака. — Не могла бы ты…
— О, конечно, — ответила девушка, передав карандаш. — Я и не заметила.
Иноске коротко улыбнулся, но больше из приличия, чем от собственного желания.
— Интересно, что они так долго там обсуждают? — спросила Кисараги. Она начала чувствовать себя неуютно в компании молчаливого Иноске и решила забить эфир, чтобы сбросить напряжение.
Он пристально посмотрел на нее, немного вскинув брови как от удивления.
— Тебя, — с недоумением в голосе сказал Иноске. Выдал правду, резко и бескомпромиссно. — Но ты это и так понимаешь. Тогда зачем спрашиваешь?
— Просто ты такой серьезный сидишь. Я не привыкла к такому от собеседников. Как только вижу кого-то таким задумчивым, сразу же хочется растормошить человека.
— Ты же с Тобирамой дружишь. А он всегда такой.
— Может быть, с тобой или еще с кем-то, — сказав, Шион гордо улыбнулась. — А со мной он ведет себя иначе.
Яманака снисходительно улыбнулся, и в этот момент дверь на кухню открылась. Тобирама и Сэри только заглянули в комнату, но возвращаться на места не стали.
— У меня появились срочные дела, придется уйти, — произнес Сенджу и посмотрел сначала на Шион, а потом на Иноске.
