— Закрывай глаза, — голос Сэри стал еще бархатнее. — Ты чувствуешь, как волна расслабления начинает подниматься от твоих пальцев ног вверх к щиколоткам, к икрам. Расслабляются твои колени, внутренняя часть бедер и внешняя. — Яманака говорила плавно, медленно и делала длинные паузы в несколько секунд между предложениями. — Ты чувствуешь, как волна расслабления пошла выше, и теперь напряжение уходит из твоей спины и корпуса. Хорошо. Твои плечи немеют, руки и пальцы тяжелеют, а расслабление идет выше. И ты чувствуешь, как расслабляется твоя шея, затем голова. Мышцы лица приходят в расслабленное состояние. Почувствуй, как немеет каждый миллиметр твоего лица. Твой лоб, глазные яблоки, щеки, язык — все тяжелеет и расслабляется. Хорошо. — Сэри замолчала. В тишине Шион поняла, что уже не ощущает своего тела так, как привыкла к этому. От нового странного чувства она задышала чаще, а в перепонках отдавались удары сердца. — Теперь твое тело не напряжено. Оно тяжелое, оцепеневшее, но тебе в этом состоянии комфортно. Теперь почувствуй свое дыхание. На вдохе оно прохладнее, а на выдохе теплее. — Шион начала вдыхать глубже, выравнивая ритм. Раньше она никогда не задумывалась над тем, как у нее получается дышать. А сейчас словно каждой клеточкой тела ощущала как воздух проникает в ее легкие. — Почувствуй разницу температур между открытыми участками тела и закрытыми. Ты можешь слышать различные звуки как снаружи, так и внутри себя. Но они лишь усиливают твое состояние. Главным для тебя остается только мой голос. С каждым своим вдохом и выдохом ты погружаешься все глубже и глубже. И погрузившись достаточно глубоко, ты можешь услышать биение своего сердца. Хорошо. Сейчас вокруг тебя пустота. Ты ничего не видишь. Пустота слева. Справа. Пустота сверху и снизу. Она далеко впереди. И она внутри тебя. Почувствуй эту пустоту.
В мыслях черный лист. Они словно исчезли. Шион попыталась вспомнить хоть что-то, но любая мысль тухла прежде, чем девушка успевала это понять.
— Теперь переместись в одно из самых ярких воспоминаний из своей жизни.
Пустота начала дрожать. Как будто само пространство — это вода, и по ней пошли круги.
— Что ты сейчас видишь? — спросила Сэри. — Ты можешь отвечать на мои вопросы.
— Ничего не происходит, — хрипло и взволнованно произнесла Шион. — Как будто все по швам ползет, не понимаю.
— Не спеши. Сейчас тебе будут приходить какие-то образы, мысли. Может быть чувства или даже запахи. Хватайся за любую ниточку и тяни за нее.
Впереди появилась багровая точка. Ее края были размыты, и казалось, что она живая. Все действительно выглядело, как простой сон. Шион словно балансировала на краю между реальностью и фантазией. Какой-то странный образ был перед ней, но тут же уверенный голос Сэри не давал провалиться в небытие.
— Я вижу что-то красное впереди, — ответила Кисараги.
— Ты можешь подойти к этому?
— Нет, — разочарованно выдохнула девушка. — Вокруг чернота, а у меня как будто нет тела.
— А куда делось твое тело? — в голосе Сэри послышалось наигранное удивление.
— Не знаю, — ответила Шион, продолжая сосредотачиваться на багровой точке. Она то ли приближалась, то ли расширялась. Девушка понять не могла, но пристально следила за ней.
— Посмотри вниз на себя. На свои руки, ноги. Ты видишь свое тело?
В пустоте появились сначала смутные очертания, и как только Шион признала в них себя, они стали более четкими.
— Это я, только маленькая, мне лет восемь или десять, — радостно произнесла девушка.
— Хорошо, а где ты находишься?
Шион перевела взгляд на багровую точку. Теперь она превратилась в размытую линию, приобрела оттенки от огненно-красного до бледно-желтого.
— Ты находишься на улице или в помещении? — спросила Сэри.
По телу прошел легкий озноб, Шион почувствовала, словно на коже выступили мурашки.
— Кажется, на улице.
Перед глазами начал расплываться горизонт. Лучи багрового закатного солнца трепетали в небе, охватив его от края до края. Погрязший в черных тенях лиственный лес подпирал с юга, а с севера дул колючий ветер. Он мягкой волной проходил по степному ковылю и подхватывал в воздух длинные волосы Шион, затянутые в высокий хвост. До ее ушей стали доносится голоса взрослых мужчин. Периодически звучали и женские реплики, но лишь изредка.
— Я знаю, где я, — ответила Кисараги, а в горле встал ком.
— Шион, иди к огню, ты сейчас замерзнешь, — позвал ее строгий голос отца.
Девочка обернулась. У большого костра собралось с десяток шиноби. Ее отец, рослый и суровый мужчина, расправив плечи, сидел в окружении других шиноби. Среди них Шион узнавала своих соклановцев, но так же тут было несколько новых мужчин. Главным среди них был молодой альбинос, который запомнился ей ярче других. Остальные трое — плотный рыжий здоровяк, жилистый небритый брюнет и красавец с роскошными пшеничными волосами — не вызвали у нее такого трепета, как Сенджу Тобирама. Но отец обращался с каждым из них одинаково учтиво. Все они что-то бурно обсуждали, но предмет беседы был не ясен маленькой девочке. Она подошла ближе, и альбинос уступил ей свое место возле огня.
