— Я могу это сделать! — с широкой улыбкой произнесла она. — Никто даже не узнает! Ты ведь себя очень тихо ведешь, никто не заходит к тебе. Я все продумала! Сразу после того, как принесут еду, ты ее съешь… Нет, по правде, лучше я ее съем, мне для этого надо много сил. А потом отдашь им пустой поднос, и следующие шесть часов никто не будет к тебе обращаться! Мы спокойно выскользнем отсюда. Никто не заметит!
— Нет, — Какузу продолжал строго смотреть и мотать головой. — В этом нет никакого смысла. На мне печать, я не могу никак использовать свою чакру.
— Ну я думаю с твоими связями мы найдем способ ее снять…
— Что?! — еще более раздраженно спросил он.
— Ты наверняка знаешь кого-то…
— Ты сказала «мы»?
Шион перестала улыбаться и медленно кивнула. Она знала, что Какузу не верит никому, он закрыт и не собирается выходить из своего мрачного одинокого образа. Но она ведь тоже одна. Зачем страдать, когда можно вместе весело проводить время? Сколько приключений у них было бы? Фантазия Шион разыгралась не на шутку, и ей это нравилось. Лежа в больнице, она видела свое будущее безнадежно угрюмым в окружении враждебных коллег и бросившего ее Тобирамы. А жизнь с Какузу могла бы быть более красочной. Путешествовать, участвовать в опасных передрягах, спасаться от смерти, а потом в тихом месте распивать вместе сакэ и планировать будущие приключения.
— Когда ты уже поймешь, что никому вокруг нельзя верить?! — Какузу пытался вывести ее из фантазий.
— Мне ты можешь верить…
— Нет! Если бы я заранее не знал, кто ты такая, я бы вел себя совершенно иначе. И поверь мне, тебе бы это было не на пользу, — он приблизил к ней свое лицо и потянулся рукой к тонкой шее. — Я бы переломил твою шею в первые же пять минут, как началась наша совместная миссия.
— Я не обманываю тебя, — Шион прижала свои ладони к его щекам, большими пальцами проведя по грубым шрамам. — Теперь все по-настоящему. И тебе не нужно быть одному. Помню, как ты сказал мне: «я готов поставить на кон все свои деньги, все до единой монеты, что ты вообще не понимаешь, какого быть преданным тем, кто тебя вырастил». Теперь ты мне должен, — хихикнула Шион. — Я знаю, каково это. Дважды. И я никогда не причиню кому-то столько же боли, сколько причинили мне.
Какузу закрыл глаза и тяжело вздохнул. Он взял ее руки в свои и убрал от лица, отодвигаясь немного в сторону.
— Не знаю… — он покачал головой в стороны.
Шион радостно подскочила с койки и схватила его за руки, поднимая вверх. Она начала переваливаться с ноги на ногу, изображая задорные прыжки. Какузу не отвечал ей таким же энтузиазмом, он был по обыкновению строг, но позволял мотать его руки из стороны в сторону.
— Давай! Не станешь же ты сидеть здесь в ожидании того, чего не заслужил?! Из нас получится крутая команда. Это будет потрясающе! Такого в твоей жизни никогда прежде не было!
— Это уж точно…
Шион замерла и с откровенным торжеством раскрыла руки в стороны.
— Можно же тебя обнять, да?
— Это уже слишком…
— Ну давай, давай! — она поманила его указательными пальцами к себе. — Ты, наверное, никогда этого не делал. Я могу научить…
Она сделала к нему шаг и бережно, чтобы не спугнуть Какузу, обхватила руками его торс. Шион начала немного поворачивать свое тело в стороны, и почувствовала, как обе его руки слегка придавили ее. Подушечками пальцев она трогала шрамы на его спине, а щекой чувствовала, как сильно бьется его сердце. Объятие было немыслимо комфортным и теплым, как будто она и правда обнимала старого друга.
— Ну вот видишь, не так уж и сложно, да? — она задрала голову, чтобы увидеть его лицо.
Какузу выглядел грозно, но что-то в его взгляде вновь изменилось. Он приобрел новую глубину, которую Шион раньше не замечала. Какузу и раньше смотрел на нее, как коршун на свою добычу, но в этот раз все было иначе. В нем было превосходство и мужская решимость. Это нравилось Шион. Она чувствовала себя в безопасности рядом с ним. Каким бы суровым Какузу ни был, сколько бы он ни угрожал, он ни разу не причинил ей вреда. Рядом с ним она не тревожилась за каждый свой шаг, не боялась осуждения с его стороны.
От такого долгого и пристального взгляда Шион смутилась. Она попробовала отстраниться, но Какузу ей этого не позволил. Он держал свои руки крепко, не давая даже возможности добавить расстояние между их телами. Ей стоило больших усилий, чтобы сохранить внешнее спокойствие, но нервная усмешка все же сорвалась с ее губ. Какузу наклонился к ней, нос к носу. У Шион по телу прошли мурашки, но она не сопротивлялась этой близости, хоть и чувствовала себя крайне неловко. Она подумала о Тобираме и о том, как переживала о словах, которые он ей наговорил, и о собственной незрелости. Внутренне усмехнулась. Сейчас она в объятиях такого же взрослого мужчины, глядящего на нее с откровенным желанием. Ожидая продолжения, с наивным любопытством она замерла.
— Не искушена, — унизительная усмешка скривила его губы. Мучительная правда.
