Она тяжело вздохнула и схватилась за голову. В это мгновение через открытые седзи гибкие черные нити залетели в комнату и плотно обвились вокруг тела Сэри, связывая ее от плеч до пяток. Шион обернулась, и с козырька крыши внутрь комнаты запрыгнул Какузу. Она застыла в оцепенении, и не понимала, как он смог выбраться, но сопоставила тот грохот и его появление здесь. Руки Какузу до локтя были покрыты кровью, но при этом на нем самом не было ни единой царапины.
Он сделал пару шагов к ней, но Шион отшатнулась, и тогда Какузу замер, с прищуром глянув на нее.
— Ну наконец-то, — пробубнил Шого, поднимаясь с пола. Он повернулся к Какузу спиной, и тот одной рукой развязал его. Шион мельком заметила, что у него на спине были все четыре маски, как и до того, как он оказался пойманным Тобирамой.
— Шион, убегай! — выкрикнула Сэри, и Какузу тут же этими черными нитями завязал ей рот.
«Быстро, уходи отсюда, а я постараюсь ментально найти Тобираму», — произнесла Сэри в голове Шион.
— Если что, она может свои мысли мне передавать прямо в голову, так что завязывать ей рот бессмысленно, — спокойно произнесла Шион, глядя на Какузу.
— Да, она одна из Яманака, — подтвердил Шого, собирая какие-то бумаги на столе.
— Мне плевать, я не вынесу еще чей-то треп, кроме вашего, — отрезал Какузу и снова посмотрел на Шион, а ее словно бросило в жар от этого.
— Вижу, моя помощь тебе уже не нужна, — усмехаясь, произнесла она.
— Тебе что-то рассказали обо мне, да? — спросил он, подходя ближе. Щеки ее мгновенно начало покалывать, и она поняла, что краснеет.
— Ты про тот день, когда убили моих родителей? — Шион театрально посмотрела в потолок и, будто задумываясь, затарабанила пальцами по подбородку. — Хм, да. Тобирама сказал, что ты сражался на стороне врагов и победил, поэтому записка оказалась у тебя.
— Если бы я пришел вовремя, я бы не позволил убить твоих родителей.
— Спасибо, что хоть не отрицаешь, что не сказал всей правды! — Шион тоже сделала к нему шаг.
Они стояли в шаге друг от друга, и это тревожило ее. Она чувствовала себя зажатой в тиски его пристального взгляда и не могла больше пошевелиться.
— Не позволил бы убить моих родителей… — повторила она его слова. — И как мне верить тебе после всего?
— Да никак. Я говорил тебе, что никому вокруг нельзя верить.
— Прекрасный совет, — вмешался в разговор Шого.
— Пойдем со мной, — сказал он низким бархатным голосом, чтобы услышала только Шион.
— Зачем я теперь тебе? Ты ж выбрался из тюрьмы? — она сложила руки на груди, и Какузу надвинулся на нее. Он подошел так близко, что Шион почувствовала запах крови с его рук.
— Да я бы и так выбрался, твоя помощь мне была не нужна, — произнес он, наклонившись к ней ближе. Он хотел пальцами дотронуться до ее лица, но заметил кровь.
— Воспользуйся скатертью, — махнул рукой Шого на свой рабочий стол. — И да, не торопись. Сюда же вот-вот не сбегутся все шиноби Конохи.
Какузу вытер руки и снова вернулся к Шион. Нукенин хотел что-то сказать, но на них пялились две пары глаз, и тогда он схватил ее в охапку и выволок на балкон, чтобы их не было видно за прикрытой седзи.
— Как думаешь, у них это надолго? — Шион услышала, как Шого спросил у Сэри, и как она в ответ громко вздохнула.
— Смотри на меня, — схватив ее за плечи, Какузу немного тряханул Шион, чтобы она перестала слушать болтовню Шого. Он смягчил захват, когда понял, что она не собирается сопротивляться или выскальзывать из его рук. Какузу закатал рукав ее водолазки и увидел черные следы от печати. — Кажется, тебя уже тоже считают преступницей.
— Не твое дело, — Шион вырвала свою руку и опустила рукав обратно. — Зачем я тебе? Ты ведь просто хотел воспользоваться моей доверчивостью…
Какузу схватил ее за нижнюю челюсть и притянул к своему лицу.
— Если бы я хотел просто воспользоваться, я бы это сделал, — прошептал он ей в губы. Шион почувствовала, что краснеет, и стыдливо закрыла глаза. — Пришла ко мне, раздразнила. А теперь что?..
— Оставь меня, — почти молясь, прошептала Шион и зажмурилась, не желая смотреть ему в глаза.
Он сжал ее талию, крепче прижимая девушку к себе.
— Не могу, — выдохнул он ей в губы.
Он отпустил ее челюсть и переложил пятерню на затылок, соприкасаясь с Шион лбами. Она уперлась ладонями ему в грудь и почувствовала такое сильное биение сердца, как будто их там было несколько. Его мышцы были так напряжены, что Шион боялась лишний раз дернуться.
— Я все равно не пойду с тобой, — она покачала головой, и почувствовала, как по его телу пошла мелкая дрожь после ее слов.
Не сдержавшись, Какузу коснулся губами её приоткрытых губ. Он старался действовать мягко, но вся его нежность превращалась в исступленное желание. Мощные удары его сердца доносились до ее ушей, и он зарычал в ответ на ее притворную попытку оттолкнуть его. С прискорбием она призналась себе, что ей нравилось то, как он изнемогает от желания.
Какузу резко отпустил ее, и Шион, открыв глаза, увидела на его лице искреннее страдание. Он медленно облизнул свои губы и вытер их, не сводя с нее взгляд. Пожирал глазами, хотел большего, но отошел на шаг назад.
