Вместо ответа Шион пальцами вцепилась в его макушку и направила его голову вниз. Он утробно посмеялся и проник кончиком языка в лоно, а от него вверх. Эти ласки невозможно было повторить пальцами. Это было намного мягче, более влажно и гораздо жарче. Шион была не в состоянии сдерживать бесстыдные стоны, и как она поняла, он следил за ними. Он возвращался к действиям, на которые она кричала сильнее, но долго не задерживался на них. О, Какузу точно знал, что нужно делать. Влажным языком он двигался восьмеркой, спускался вверх и вниз, сначала медленно, но как только Шион привыкала, ускорял темп. Сперва держал язык мягким, но позже напрягал его, накидываясь на самую чувствительную точку, а затем снова ослаблял, точно издеваясь. Ласкал губами, причмокивал и активно двигал языком влево и вправо, теребя крошечную горошинку. Шион даже не могла полноценно вдохнуть. В горле давно пересохло, громкие стоны уже походили на охрипшее дыхание.
— Какузу… Я сейчас… О-ох…
А Какузу все не прекращал. Он нарастил темп, держа четкий интенсивный ритм, и внезапно неглубоко просунул в лоно полусогнутый палец, начав им манящие движения. После этого Шион вообще перестала понимать, что происходит. Он довел ее до полуобморочного состояния. Ее тело горело, пульсировало. Она полностью отдалась во власть Какузу, позволяла творить с собой немыслимое и порочное, растекаясь от накатывающего наслаждения. Оргазм обрушился на нее резко как цунами, сотрясая ее тело мелким частым трепетом. Шион непроизвольно дергала бедрами, и поняла, что последнюю минуту сдавливала ими Какузу. Уши заложило, и пересохшими губами она не могла промолвить и слова. Шион облизывала их, прикусывала, желая продлить негу. Она дрожала, почувствовав легкое приятное онемение в промежности, и Какузу смягчил движения языком, словно зализывая истерзанную им область.
Закончив, он навис над ней и вытирал тыльной стороной руки мокрые губы. Шион все еще не понимала, что происходит, но почувствовала, как он закинул одну ее ногу к себе на плечо, а вторую подхватил рукой под колено. И в следующий миг он коснулся головкой своего члена ее половых губ, направляя его свободной рукой, прошелся вверх и вниз, словно намеренно обмакивая его во влаге. Какузу припал к ее губам, и Шион почувствовала новый вкус на своем языке. Не успев оценить его, она взвизгнула Какузу прямо в губы. Не спрашивая разрешения, он осторожно толкнулся вперед. Он не делал резких движений, а просто оставался в таком положении, медленно продвигаясь глубже. Шион выла ему в губы о пронзительной боли, мелко била ладонью по плечу, а потом освободилась от поцелуя и вцепилась зубами в его ключицу. Была его очередь немного пострадать. Слезы непроизвольно фонтаном прыснули из ее глаз. Сладостное блаженство от оргазма улетучилось, словно его и не было вовсе, а обмякшее податливое тело теперь было напряжено. Она хотела ногтями вцепиться в его спину, но ей помешали маски.
— Расслабься, — сдавленно проговорил он, слегка хлопая ее по бедру. — Тебе самой легче будет, расслабься.
Но Шион не могла это контролировать. Все, что она сейчас чувствовала — это жжение и боль, и кроме как выть от этого она больше ничего не могла. Он так же медленно продвигался еще глубже, и обманчивые болезненные ощущения заставляли ее думать, что он уже дошел до середины живота. Его пальцы легли на ее половые губы и возобновили прежние ласки.
— Мне больно, — простонала она, понимая теперь, почему он не сделал это в тюрьме.
— Тогда укуси еще раз, если так станет легче, — он опустил свою голову ей на плечо, подставляя к губам ключицу.
Шион снова впилась в нее зубами, но уже крепче, и теперь застонал Какузу. Он резко вжался в нее до самого конца, и задержался так на несколько секунд. Шион поняла, что он дает ей время привыкнуть, но жгучая пытка лишь опустошала, отнимая все приятные ощущения. Его пальцы по-прежнему трепали самое приятное место, и он начал медленно двигаться, извлекая и вставляя плоть обратно до упора. Шион отпустила его ключицу и, обхватив его напряженное лицо ладонями, с остервенением поцеловала, прикусывая губы. Он немного увеличил темп, и его дыхание стало сбиваться. Какузу рвано хватал воздух носом, басистыми стонами выдыхая его Шион в губы, неотрывно смотрел ей в глаза и не прекращал ласкать.
