Ее путь до той самой заброшенной деревни прошел по тем самым тропам, по которым вел ее Какузу. Может, сослуживцы и правы? Она обезумела, и теперь шаге от того, чтобы бросить все, стать отступницей и начать искать Какузу? Нет. Ей не хотелось его искать. Этой авантюрой она просто щекотала собственные нервы и избавлялась от скуки, не более. Шион слишком нравилась ее жизнь, чтобы она кардинально изменила ее.
Добравшись до пустого дома, она осторожно открыла входную седзи. И тут же взглядом напоролась на разбитую на бесчисленное количество осколков бутылку из-под сакэ.
Яростно сверкнула молния, и Шион подпрыгнула на месте, а через мгновение, словно прямо у нее над головой, раздался раскатистый гром. В очередной яркой вспышке она заметила масляную лампу. Девушка зажгла ее и прошла по коридору дальше. Шион смотрела на все вокруг уже другими глазами. Вот такая жизнь была бы у нее, если бы она осталась с Какузу. Не роскошный дворец, теплая кровать, ежедневные обеды и ужины за полным разнообразных блюд столом. А полуразрушенный дом, дырявые седзи, через которые проникал холодный ветер, сырые татами и ежедневный страх быть обнаруженными.
Она открыла комнату, в которой ночевала сама, и облокотилась на косяк. Непроизвольная улыбка изогнула ее губы, когда она вспомнила, как Какузу разбудил ее в первое утро. Шион еще додумалась тогда раздеться на ночь, а он совершенно беспардонно сорвал с нее одеяло. Теперь она понимала, почему Какузу это сделал, а раньше думала, что он просто хотел побыстрее ее разбудить.
— Навеивает воспоминания, правда? — прямо над ее ухом раздался его голос.
Одновременно с его словами сверкнула молния, и Шион снова подскочила. Он взял ее за руку, развернул лицом к себе и прижал к косяку. Именно этого она и боялась. Шион могла выскользнуть в любой момент, и Какузу никак не смог бы ее удержать. Но она не стала этого делать.
— Ну, привет, — поздоровалась Шион, заставляя себя поверить, что это не сон. Его лицо было скрыто маской, и она видела только его полуприкрые глаза. Хитрые, довольные.
— Знаешь такую поговорку: любопытство сгубило кошку? — спросил он ее.
— Это ты о себе? — Шион вздернула одну бровь.
Возле его глаз появились морщинки. Он улыбался.
— Зачем ты здесь? — спросила она, хотя сама все прекрасно понимала.
« Пришел поностальгировать? Или же…»
— Все очевидно. Не желаю себе в чем-то отказывать.
— А ты попробуй хоть раз, может, дольше проживешь.
— Твоя дерзость мне даже нравится, знаешь? Но будь аккуратна, я не из терпеливых.
Он не причинит ей вреда. Во всяком случае, если ей что-то не понравится, Шион может воспользоваться запасным планом — клановой техникой. Что бы ни произошло дальше, она сможет улизнуть. А вот захочет ли — это уже другой вопрос.
— И почему, по-твоему, я не должна прямо сейчас сбежать и сдать тебя?
— Если не сделала этого с самого начала, значит, и не сделаешь вовсе. По правде, сочту за комплимент то, что ты до сих пор даже не выскользнула.
— Ты мне не нужен, — произнесла она совершенно неубедительно.
— Кого из нас двоих ты пытаешься обмануть?
Тусклый свет единственной лампы не позволял увидеть все оттенки выражения его глаз. Но Шион чувствовала, насколько горячи его руки, как сильно бьются его сердца. Он точно не против того, чтобы их случайная встреча затянулась. И Шион поняла, что отказаться от его близости сейчас было выше ее сил. Это неконтролируемый импульс. Бешенная энергия, которой нужно было дать выход. Затмевающее доводы рассудка любопытство.
Она медленно, не решаясь совершать резкие движения, кончиками пальцев подцепила его маску и стянула ее. Какузу понял все правильно, поэтому тут же схватил ее за затылок и притянул к себе. Несдержанно и грубо сплетаясь языками, стукаясь зубами, они оба как обезвоженные путники были не в силах оторваться от напитка, пытаясь утолить жажду. Они порывисто сопели, неотрывно глядя друг другу в глаза. Бешенный, дикий взгляд его возбуждал ее, распалял сильнее, и она двумя руками схватила его за шею, чтобы он не вздумал отрываться. Ее пучок, елозивший по косяку, развалился, и волосы градом опали вниз, а шпильки со звоном брякнулись на пол.
Почувствовав, наконец, нехватку воздуха, Шион попыталась оторваться и отойти, но Какузу вдавил ее сильнее, не оставив даже шанса на повторную попытку. Он самонадеянно думает, что она станет слушаться?
Шион проскользнула в комнату, а Какузу из-за своего напора едва не ударился лбом об косяк. Это не могло ее не рассмешить. Рассекая своим заливистым хохотом душный воздух, она наблюдала, как он медленно снимает свой дорожный плащ, сворачивает и кладет его на пол. На нем была привычная безрукавка, обнажающая его крепкие накаченные плечи и руки.
— Зачем ты убегаешь от того, что хочешь? — спросил Какузу, заходя за ней.
— Все очевидно. Мне нравится смотреть, как ты бессилен передо мной.
Теша ее эго, он приблизился к ней и хотел дотронуться, но Шион лишь пропустила его руку и снова рассмеялась. Какузу закатил глаза и опустился на раскрытый футон, отказываясь играть по ее правилам.
— Я следовал сюда за тобой не за тем, чтобы унижаться.
