«Думаю, что ты и так знаешь обо мне все. Но есть одна мысль, которая промелькнула в моей голове только сейчас из-за всего этого разговора. Не знаю, добьемся ли мы с тобой вечной жизни, но если нет… В таком случае, я бы хотел поступить как законченный эгоист», — Тобирама остановился, еще раз формулируя свою мысль. — «Да, именно этого я и хотел бы. Умереть раньше тебя. Это ужасно эгоистично, знаю. Но меня пугает мысль о том, что однажды я проснусь утром, а тебя не будет рядом. И больше никогда не будет рядом…»
Копия внимательно смотрела на него, поджимая дрожащие губы и сдерживая слезы, а настоящая Сэри, нахмурившись, наблюдала, не понимая, что происходит. Тобирама и сам почувствовал ком в горле от таких мыслей. Он развеял технику, и копия исчезла в дымке. Тогда он медленно поднял свой взгляд на настоящую Сэри, чтобы понять, смогла ли она получить эту информацию от клона. Задумчивое любопытство на ее лице исчезло, словно его коснулась тьма сказанных Тобирамой слов. Ее глаза моментально стали мокрыми, и она тут же обняла его.
— Это страшное желание, — проговорила она.
— Это то, что я чувствую, — ответил Тобирама и немного отодвинул Сэри от себя, чтобы посмотреть ей в глаза. — Я люблю тебя и не представляю, как я смог бы жить дальше, если тебя не будет рядом.
Сэри с трепетом обхватила его лицо ладонями и, притянув к себе, нежно поцеловала. Тобираму окутывал и согревал поток ее воздушной чакры, как будто говоря тем самым, что она здесь, рядом с ним, и останется до самого конца. И пока будет так, беспокойства о будущем лишь разрушат ту идиллию, что есть сейчас между ними.
Нехотя прервав поцелуй, он разжал объятия и посмотрел на нее. Отстраниться от печальных мыслей поможет возврат к развитию его идеи.
— Теперь мы знаем, что создать копию другого человека с его техниками, возможностями, воспоминаниями абсолютно реально, — произнесла Сэри. — Для этого необходимо лишь немного крови.
— Думаю, что плоть, как источник информации, тоже подойдет.
— И какой вывод из этого эксперимента можно сделать? — задумалась она. — У нас получилось скопировать все, кроме полноценного тела, так? Клон как был эфемерной субстанцией, так и остался.
— Что может быть эквивалентом тела человека?
— Хм. Тело человека — это обычный предмет, который имеет свой состав. Например, стол состоит из дерева, а подушка — из перьев и ткани.
— Тело — это вода, органические и неорганические вещества. Собрав необходимые химические компоненты, я смогу трансформировать их в материальный объект, а затем с помощью крови или плоти внедрить в него личность. Тогда это будет работать. Я смогу создать… настоящий клон человека. Настоящий клон! А не пустышку, не способную отойти от оригинала на приличное расстояние и исчезающую при первом же ранении.
Тобирама торжественно выдохнул, чувствуя, как внутри него ярче разгорается огонь исследователя. Ему сию минуту требовалось проверить свою теорию.
Оставив Сэри дома, потому что скоро должен был проснуться после дневного сна Йоичи, и она хотела немного с ним потренироваться (он подрастал, и ему пора было научиться пользоваться доставшимися ему в наследство ментальными талантами), Тобирама отправился к Хашираме за его исследованиями. Туманно объяснив свои намерения, Тобирама с охапкой свитков вернулся домой, чтобы погрузиться в их изучение. Весь остаток дня он потратил только на это. Почерк Хаширамы был не самым аккуратным, а все записи были сделаны хаотично. Тобирама скрупулезно разбирал, структурировал и впитывал всю полезную для него информацию. Хаширама хоть и не самый прилежный ученый, но его исследования поражали Сенджу-младшего. Он и до этого понимал, насколько талантлив его брат, но о таких поразительных находках он и не догадывался. Хаширама не имел свойства хвастаться своими открытиями, он лишь щедро делился ими с теми, кто просил.
Тобирама периодически прерывал свое изучение, чтобы подышать свежим воздухом и переварить то, что узнал. Он выходил на энгаву, прогуливался по саду, наблюдал за тренировкой маленького вертлявого Йоичи, которого Сэри терпеливо пыталась научить усидеть на месте хотя бы пятнадцать минут, пил чай, а потом снова возвращался к записям брата, чтобы вывести точный химический состав тела человека.
Сотворить настоящего клона. От одной мысли Тобирама покрывался мурашками. Он был на пороге перед открытием, которое перевернет весь их мир, разрушит былые принципы жизни. Хаширама мечтал о мире, в котором людям не придется умирать на поле брани, и Тобирама теперь был в шаге от того, чтобы воплотить это в жизнь. Войны и битвы не кончатся никогда — они лишь отражение агрессивной сути человека, и никто не в силах это изменить. Но с открытием этой техники Конохе больше не придется посылать шиноби на гибель. Умирать будут лишь клоны, которых потом можно будет сделать снова и снова. Или изначально нарастить с их помощью такую мощь, против которой не сможет пойти ни одно государство, ни даже все государства разом.
