Иноске подсел ближе и поставил свою ладонь к ее лбу. В висках резко закололо. Мозг словно начал пульсировать, но одновременно с этим в него будто ввинчивали с четырех сторон ржавые болты размером с кулак.
«Расслабься, » — раздался голос Иноске в ее голове.
«Теперь ты и тут будешь доставать меня?»
«Нашла время шутить. Расслабься, дыши ровно, иначе так и будет больно.»
«Звучит двусмысленно.»
Резкая боль прошла от головы дальше по телу, и пальцы на руках скрутило в судорогах. Шион рвано хватала воздух, но Иноске стал давить сильнее. Вдруг Шион начала видеть в пустоте его руки. Они складывались в печати, а затем она вдруг увидела свои.
«Повторяй за мной, » — прозвучал его голос из неоткуда, и руки снова начали складывать эти печати. Шион медленно повторила за ним.
«Я запомнила, » — твердо заявила она.
Напряжение в голове тут же исчезло, она стала ватной и тяжелой. Шион открыла глаза и поняла, что ее корпус падает вперед на Иноске. Он вовремя поймал ее за плечи, и уложил на татами.
— Несколько минут у тебя еще будет кружиться голова, это нормально, — сказал он, упершись руками на колени.
— Как будто мне мозги перемешали, ты что их хотел в фарш превратить? — Шион держалась за виски, хотя они перестали болеть. Комната перед глазами расплывалась, словно в тумане, но даже частое моргание не спасало от этого.
— Если бы хотел, сделал бы это, — краем губ улыбнулся Иноске. — Ты довольно легко восприняла то, какую программу я включил в твое подсознание.
— Да, легко. Я уверена, что справлюсь, и мне не придется пользоваться этой техникой.
— Я надеюсь. Потому что иначе Тобирама никогда не простит мне этого.
— Да, и жить тебе преисполненным чувством вины до конца дней твоих.
— А я не сказал, что буду чувствовать себя виноватым. Я сказал, что мне этого не простят, и мне будет жаль, что я потеряю такого друга, как Тобирама. Но я не буду чувствовать себя виноватым. Я поступил правильно, следуя долгу шиноби.
Шион приподнялась на локтях поближе к его лицу, но Иноске не отодвинулся от нее.
— Хочешь сказать, что совсем не будешь чувствовать себя виноватым? Совсем?
Не отрывая взгляда, Иноске смотрел Шион прямо в глаза, и у нее пробежали мурашки по спине от его холодного взора, а затем медленно помотал головой в стороны.
— Нет, не буду.
Ее поразило отсутствие у него какой-либо совести, но она удержалась от нотаций. Еще мгновение Шион потаращилась на него, и голова снова закружилась, вынудив ее лечь обратно. Иноске помог ей, подставив маленькую подушку под голову, и задумчиво поджал губы.
— Значит, Тобирама беспокоится за меня, да? — спросила Шион. Этот вопрос волновал ее больше всего остального.
— Хочешь поговорить об этом? — с сомнением спросил Иноске.
— Если тебе есть что мне сказать.
— Он боится, что когда тебе придется выполнять ужасные задания, которыми тебя будут проверять в Кинрэнго, ты сольешься.
Боевой настрой Шион тут же упал, и она нахмурилась.
— Он считает, что ты не сможешь убить мирных жителей, если того будет требовать твоя роль в Кинрэнго.
Шион напряженно сглотнула, но продолжила слушать Иноске.
— И я с ним в этом согласен. Ты еще слишком не опытная, чтобы выполнить такую задачу. Да и не нужен тебе такой опыт, ты мне поверь на слово. Да, жизнь шиноби ходит рука об руку с убийствами, но далеко не у всех за плечами горы трупов. Просто держись подальше от таких заданий там. Позиционируй себя воровкой, как мы тебе советовали.
Тобирама считает, что она провалится, Иноске солидарен с ним. А Хаширама? Его заботит только Коноха, и он готов пойти на все, чтобы обезопасить ее. Вот как все на самом деле. У Шион есть только она сама, больше никто не хочет верить в нее. Тоска заскреблась в душе девушки, и она проглотила тяжелый комок, вставший поперек ее горла. Поднявшись на локтях, Шион неторопливо встала на ноги. Голова больше не кружилась, мир стал кристально чистым и понятным для нее. Словно оборвались связи, которые мешали ей все это время двигаться, сковывая по рукам и ногам. Но только лишь из-за этого она не станет нарушать слово шиноби. Шион закончит миссию как полагается, покажет всем, на что способна, будет служить Конохе и хокаге, даже если в ответ не получит ничего по-настоящему важного.
— Как скоро я могу выдвигаться? — спросила Шион стальным голосом.
— Если головокружение прошло, можешь хоть сейчас, — ответил Яманака и подошел к седзи.
Иноске, ничего не подозревая об ее внутренних преобразованиях, первый вышел в коридор, но уже в нем Шион обогнала его. Тусклый свет шел из обеденной, значит, Тобирама и Сэри были там. Желая как можно скорее убраться подальше от Конохи, Шион заскочила в комнату.
Тобирама и Сэри стояли в полуметре друг от друга, но оба выглядели взволнованно. Увидев Шион, Яманака облегченно вздохнула и с легкой грустью улыбнулась ей, сделав шаг назад от Тобирамы. Только после этого он повернулся к вошедшей Шион. Она теперь смело смотрела в его глаза, оставив беспочвенную надежду на взаимность, и ей показалось, он удивился такой перемене в ней.
— Мы закончили, — сказал Иноске из-за спины Шион.
