- Пфф, что ещё за послания от людей, которые не хотят, чтобы я знала что это от них...- проворчала Анита и зашла обратно в дом. Присев на диван, девушка принялась осматривать тяжёленький пакет. Она достала от туда бумажку с красивыми прописными буквами и прочитала: ” Извини за тот случай. Я знаю, ты нуждаешься в этом...”, прочитав она достала коробку с новеньким телефоном, последней технологии. Открыв рот, малышка принялась распаковывать коробку, достав, она не могла поверить, что держит такую дорогую вещь в руках. Она поняла от кого это было. Он не забыл... Но она не винит его, она сама была невнимательна, но ей было приятно, что он спустя столько времени помнил. Она правда нуждалась в этом телефоне, но не могла принять, столь дорогой подарок. И она вернёт его, когда увидит его снова. Неожиданно... Он снился ей каждую ночь, когда ей всё таки удавалось заснуть, от длительных рыданий в подушку. Нежные слова, красивые карие глаза, которые не могут оторвать глаз от неё, он был так близко, согревая её своим сильны телом. Во сне она опять положила ручку себе между ножек, потому что не могла контролировать своё возбуждение. В душе, когда она купалась, она всегда представляла, как он ласкает её по всему телу: целует её шею, плечи, гладит её по спине и талии опускаясь всё ниже, сжимает её пухленькие, округлые ягодицы и она тихо вскрикивает, потом нежно гладит и ласкает её между ножек посасывая её красивую грудь, а она стонет, сладко и мучительно вкусно, что он тоже не может сдерживаться. И каждый раз, со слезами на глазах, осознавала, что этому не быть. Ей было стыдно, от этих мыслей и снов. Она определённо чувствовала что-то к этому непонятному парню.
Ludovico Einaudi – Le onde
За окном лето, но по погоде и не скажешь. Холодный ветер обдувал нежные волосы девушки, и от холода, она ещё больше куталась в свой красивый тёплый шарфик, серого цвета. Вот уже час, она сидит на лавочке в парке, не отводя своего взгляда от мрачных туч, на тёмном небе. Она вышла погулять, так как сделала свою работу и ей было нечем заняться. В пакете, она так же обнаружила конверт с деньгами, следовательно деньги за её работу. Половину она снова отдала в благотворительный фонд. Она наблюдала как качаются верхушки деревьев от ветра, и как люди спешили домой к своей семье и тёплому кофе перед телевизором, после долгого рабочего дня. С её уставших зелёных глазок, опять катились обжигающие слёзы боли, душевной боли в её сердце. Она устала плакать, изо дня в день, но не могла контролировать себя. Она помнила его мягкие и влажные губы, оставившие след на её и не могла не думать о нём... Почему ей всегда делают больно? Почему, ей просто не могут сделать приятное, почему не могут обнять и сказать, что она не одинока?! Ещё раз взглянув на чёрное, вечернее небо, она опустила головку продолжая мёрзнуть и тихо плакать в одиночестве. Несчастная...
- Ты уже решил, какой костюм оденешь на завтрашний бал в честь дня рождения Дилана? – спросил Гарри, рассматривая красивый профиль кареглазого.
- Ещё нет, да и вообще нет желания идти. Опять видеть всю эту пафосную богатенькую семейку и строить из себя галантного кавалера, напялив всё это джентельменское дерьмо на себя. – закатил глазами блондин, выруливая в сторону парка, так путь к его дому был короче.
- Тебя никто не заставляет строить из себя кавалера и помниться раньше, ты любил напяливать, как ты говоришь, джентельменское дерьмо на себя. – пожал плечами брюнет. – Что с тобой? Ты же любил подобного рода мероприятия, всегда красивые девушки, бесплатная выпивка, страстные ночи в комнатах для гостей, тем более туда приглашают не простых людей, нам повезло быть в списке гостей завтра, и да, ты же не хочешь расстроить именинника? – проговорил сероглазый, осматривая содержимое пакетика от леденцов. Гарри обожал подобного рода сладости.
- Да, ты прав. Стоит пойти.
- Я тебя не узнаю в последнее время. Мало язвишь, всё время рассеянный, зову в клуб, ты постоянно отмазываешься отговорками, – рассматривал Гарри, озабоченного чем-то друга.
- Я просто меняюсь Николсон, а людям свойственно делать это. Мне почти двадцать и я росту.
- Уж не из-за девушки ли по имени Анита Мэйкер, вы стали столь сдержаннее сэр? – подкалывал друга брюнет.
