- Малышка, всё будет хорошо. – смутно слышала она голос брюнета. Она видела его мокрые глаза и видела как он что-то говорил. Слышала голос брюнета младшего, который что-то объяснял Рони. Она закрывает глаза. Но закрыв глаза ей становится больнее, потому что в голове лишь его прекрасное родное лицо, которое улыбалось ей каждое утро и от которого она так полюбила вставать по утрам. Малышка Нити была единственной девушкой, которую Гарри полюбил как сестру. Она была для него всем, так же как и Джастин и Брэд.
Когда дрожь окончательно пронзила её тело, она начала дрожать. Её ручки снова покрылись холодом, а ножкам снова стало холодно, но только не как обычно, а как тогда, когда она была одна. Ей казалось, что всё вокруг остановилось, что все люди на Земле сговорились и решили оставить её одну. Мучится и погибать. Снова закрывает глаза и молится лишь о том, чтобы больше не жить, не мучится без него. Его тёплые руки, которые всегда грели и никогда не отпускали, даже ночью, они держались в сплетении, потому что ей было спокойнее, она чувствовала что не одна, что нужна, теперь же всё вернулось на свои места. Этот год был словно сном. Сном воплотившим реальность и забравшем всё в одно мгновение. Анита была девушкой с больным любовью сердцем, она любила его уже тогда, когда не знала о его существовании. Она уже любила и знала, что кто бы то он ни был, она будет любить его до конца жизни. Анита чувствует как её кладут на кровать и она тут же утыкается в подушку. Ей ничего не нужно, ни еды, ни воды, только пусть кто-нибудь ей скажет, что это сон или же розыгрыш, и он вот сейчас выйдет из-за двери и снова обнимет, прижимая к себе с любовью. Джастин был полной противоположностью своей внешности. Она думала, что такие как он думают лишь о себе и о своих деньгах, помешанные на своей внешности и которым ничего не нужно от жизни. Но он был другим, он любил семью и был романтиком, кем и остаётся сейчас.
- Нит, успокойся, пожалуйста. – она чувствовала чью-то ладонь на своей голове и как кто-то говорил ей тёплые слова, но это всё не важно. Ведь это не его руки и не его слова.
- Милая, всё будет хорошо. – Брэди гладил её по головке, а Гарри в это время прибежал с бутылочкой воды.
С отвращением она всё же находит в себе силы подняться. Пьёт водичку, продолжая плакать, слёзы были будто бесконечными и брюнет младший вытирал их с её красных щёчек. – Я убью его. – говорил Брэд, когда малышка снова уткнулась в подушку, образовывая комочек на кровати.
- Угомонись. – приказал ему Гарри, пытаясь дозвонится до кого-то. – Чёрт, вредный придурок. – ругнулся брюнет старший, кидая телефон на кровать рядом с девушкой.
- Эй, осторожно! – Брэд сидел на полу, дотрагиваясь ласковыми движения до её плечиков, головки, ухоженных ручек. – Она заснула. – осмотрел он её опухшее личико.
- Пусть немного придёт в себя. – вздохнул Гарри. – Это пройдёт не скоро. – ему больно. Больно за неё. Но так должно быть, просто Джастин как всегда сделал всё по-своему. – Позвони маме, скажи что ночуешь здесь у меня сегодня. – проговорил Гарри и вышел из комнаты.
- Девушка с самыми очаровательными зелёными глазами из всех кого я знал, ты справишься малышка, справишься. – прошептал Брэд и осторожно коснулся своими привлекательными розовыми губами её ручки.
====== Chapter one hundred twenty-four ======
Анита лежала в кровати. Тело неподвижно, словно бы мёртвое. Она слышит лишь свои мысли, которые высасывали из неё человеческий облик. Стоит ей заснуть, как тут же начинает стонать. Стонать дикими стонами, воями. Снова прибегает Гарри, уже третий раз за ночь и снова Брэд грозится убить парня, которого она любит до безумства, несмотря на все страдания. Когда братьям удавалось успокоить девушку, она снова засыпала, но на этот раз в комнате остался брюнет старший, приказывая Брэду идти спать. Но младший Николсон не собирался слушаться старшего брата, ни сегодня, ни в этот раз. С трудом ей удаётся открыть утром глаза. Но зачем? Теперь уже не зачем. Ей всё равно где она, плевать. Снова закрывает глаза. Ей хотелось засыпать снова и снова, чтобы наконец-то не проснуться. Анита заставляла себя спать и забывать об этом ужасном, вдруг так неожиданно наступившим, периоде в её жизни.
- Анита, – Гарри сидел рядом, – милая, ты должна поесть. – девушка открывает глаза и чуть повернув уткнувшееся личико из под подушки, заплаканными глазами смотрит на брюнета и снова отворачивается. Она не ела весь день, просто лежала и лежала. – Анита, – снова повторил Гарри. Но не услышав ничего в ответ, он погладил её по головке, тяжело вздохнул и поставив поднос с ужином на тумбу, вышел из комнаты.
Ещё один день прошёл. Ничего не изменилось кроме того, что один раз она вставала в туалет и снова ложилась обратно. Всё в той же одежде, всё с тем же опухшим лицом и с той же болью в сердце. Ей хотелось исчезнуть, всем было бы легче, и ей... было бы легче.
