— Я! — радостно ответил грузчик. — А ты здесь какими судьбами?
— Ехали в Австрию, в Чехии разбились, теперь, видишь, нас домой эвакуируют, в Москву…
Грузчик, не переставая улыбаться, удивлённо спросил:
— А разве ты не в Минске живёшь?
Его собеседник с досадой в голосе ответил:
— Олежа, давай ты сейчас нашего парнишку из поляцкой машинки выгрузишь, в свой «пежо» загрузишь, а потом я тебе по дороге всё расскажу.
Грузчик грустно улыбнулся.
— Это не моя машина…. Я тут только для разгрузки-погрузки…
«Сердюк» развёл руками.
— Ничего не сделаешь! — а затем, похлопав собеседника по плечу, добавил: — Олежек, я, скорее всего, в Минске задержусь на пару дней, давай телефон, созвонимся, поговорим — раз уж нашлись таким чудесным образом!
— Да-да, конечно… Я сейчас тебе его запишу! — И, достав из внутреннего кармана авторучку и выдрав листок из блокнота, спешно нацарапал на нём несколько цифр. — Звони, буду ждать!
Клерк, с видимым любопытством проследивший за этим диалогом, двинулся вслед за грузчиками — но затем, резко развернувшись, вернулся к тёмно-зелёному «пежо» — чтобы обратиться к уже успевшему по-хозяйски занять место возле водителя «Сердюка».
— Извините, но вы у меня числитесь под фамилией Сердюк. Черепно-мозговая травма. Ведь это правда?
Его собеседник кивнул.
— Святая.
— Но…. Тогда почему Саня? Ведь Вадим Леонидович?
«Сердюк» поманил клерка пальцем, и когда тот подошёл к самой двери — то услышал:
— Сынок, не бери в голову подобные мелочи. Поверь мне на слово — от провалов в памяти голова становится только целее…. Надеюсь, ты меня понял?
Клерк молча кивнул, и, взглянув в глаза своего собеседника — тихо отошёл к польской «санитарке».
Через несколько минут, когда жизнерадостно руководившего своей переноской Женю Токаря уложили на действительно мягкий (и даже в некоторой степени роскошный) диван, а все эвакуируемые расписались в ведомости у страховщика за полученные каждым десять тысяч рублей — тёмно-зеленый «пежо», выбросив клуб белесого дизельного выхлопа, развернулся на стоянке и под утробные «тынц-тынц», издаваемые колонками его магнитолы, тронулся на выезд из Бреста.
Место водителя было отделено от салона листом оргстекла, и поэтому громкая музыка не шибко досаждала пассажирам — деятельно принявшимся распаковывать свёртки с продуктами, заботливо сложенные страховщиками на передних двух сиденьях машины. Впрочем, интендантские заботы не помешали четверке «калик перехожих», как назвал их вчера их командир, наконец-то вволю поговорить — тем более, у них для этого был серьезный повод.
— Саня, чё это за крендель был, что тебя спалил? — спросил вполголоса у лже-Сердюка, пересевшего вглубь салона, поближе к продуктам, капитан Кулешов.
— Мой знакомий друг! — Подражая голосу и акценту Фрунзика Мкртчяна, так же негромко ответил Одиссей: — Олег Нетренко. Мы с ним во времена оны моё первое задание конторы выполняли…. В прошлом веке ещё.
— А этот, страховой хлопец…. Он не стукнет куда-нибудь?
Одиссей улыбнулся.
— Зачем? Ему это без надобности, да и куда сигнализировать? В таможню? А смысл? В органы? В ментовку? Не побежит — побоится дураком показаться. У нас, у белорусов, такие рамсы не в почёте…
— А ты чё, белорус? — удивлённо спросил Токарь.
— Самый что ни на есть. С Полесья. Через час где-то будем проезжать поворот к моему родному городу. Там у меня мама живёт…
— Свернём? — улыбнувшись, спросил Кулешов.
Одиссей отрицательно покачал головой.
— Нет, не сегодня. Меня ж официально как бы нет пока. Да и в Минск мне надо. Я вас там покину — во-первых, Евгеньевич просил его там дождаться, какие-то дела у нас там нашлись. Во-вторых — по личному делу…
Капитан Токарь кивнул.
— Я в курсе. Супруге привет передавай!
Одиссей улыбнулся.
— Передам — когда встречу; шеф сказал, что дней через пять. Три месяца её и детей не видел! За эти три месяца она меня уже и похоронить успела, и воскреснуть я умудрился…. Много нам с ней чего друг другу надо поведать! А самое главное — хочу ещё раз рассказать ей, как я её люблю…
— Ну что, готов?
— Всегда готов! — Одиссей улыбнулся, пытаясь скрыть волнение.
— Ну, вот и славно. Сейчас мы поедем в одно любопытное учреждение — там ты будешь представляться Андреем Николаевичем Белосельским, моим коллегой и помощником. Вот, держи паспорт. — И с этими словами Левченко достал и протянул своему визави малиновую книжечку.
— А какова цель нашего вояжа?
Подполковник едва заметно улыбнулся.
— Да вот знакомца твоего по Моравии хочу убедить стать на путь исправления. А ты мне поможешь…. Кстати, ты сегодня новости в интернете читал?
Одиссей пожал плечами.
— А чё там читать? Саакашвили пытается нагнуть Абашидзе; хохлы снова готовятся к выборам; американцы зачищают Багдад…. Всё, как обычно.
— Значит, не читал. Ладно, включи на пару минут комп, я тут тебе любопытную информацию помогу найти.
— А если Тевзеев нас не дождётся и уйдёт?
— Хм…. Это вряд ли! Ладно, не тяни кота за хвост, входи в интернет.
Одиссей пожал плечами, включил компьютер, и через две минуты, когда его экран замерцал изображением Мирского замка — подключился ко «всемирной паутине».
