Волосы. Она поправляет волосы перед ним: неужели хочет казаться для него симпатичной? Ей и стараться особо не нужно было — Малфой за вечер не раз возвращал свой взгляд к ней. К ее ногам в этих чертовых каблуках — и как она на таких ходит. Он улыбнулся ей в ответ.
— Я не принц из сказок, Грейнджер, — он посмотрел на ее и свой бокал, взмахнул палочкой, и оба стакана наполнились терпкой жидкостью, — а вот дракон к нам как раз спешит…
Нотт встал напротив них с лживой учтивостью, слишком близко наклоняясь к Грейнджер и нюхая содержимое ее стакана. Что, боится, что отравят?
— Что это ты пьешь, маленькая Грейнджер?
Нотт забрал стакан из ее рук и сделал глоток, кося глаза на Малфоя. Отпил огневиски с того же места с отпечатком помады, где только что были ее губы. Ох. Драко облизал свои, чтобы распробовать вкус, — ее губы были бы такими же горько-сладкими, как и его.
— То же, что и ты. Отдай, — Гермиона покраснела, вырывая стакан из чужих рук. — Мы обсуждали с Малфоем будущее чистокровного рода, и я узнала, что вы не помолвлены с другими чистокровными с самого рождения. Всегда было интересно, как это происходит.
— Это долгий процесс ухаживания, прошение руки и сердца у главы рода, дарение подарков и еще много тонкостей. У каждой семьи свои правила, — усмехнулся Нотт, прикуривая сигарету, припрятанную за ухом. — Я покажу тебе.
— Ты дашь мне книгу про правила вашей семьи? — удивилась Гермиона, а Драко подавился собственной слюной.
Пиздец. Нет. Только не при нем.
— Нет, маленькая Грейнджер.
Тео выпустил дым в воздух и наклонился ближе к ней. Блять, как же вкусно она пахла: микс сладких ягод от ее духов, огневиски и что-то пряное, как корица. Она пахла его амортенцией, и он глубже вдохнул воздух рядом с ее шеей, почти вдавливая ее в стену, но все же отстранился, напоследок вдохнув поглубже.
— Ты станешь непосредственной участницей, малышка.
Фу.
Драко скривился, уставившись на этих двоих. Грейнджер явно не понимала, что он имеет в виду, и просто кивнула. Она кивнет сейчас, даже если ей скажешь, что она завалила все экзамены. Просто бери и трахай ее прямо здесь — она не скажет «нет». Теодор чуть ли не предложение ей сделал, а она не поняла и так же пьет свой ебучий напиток. Драко рассмеялся.
— Чего только не скажешь, чтобы залезть в трусы Грейн…
Договорить он не смог: невербальное «Силенцио» от Блейза, подошедшего со спины, было явно не лишним, потому что взгляд Нотта, если бы Малфой договорил, обещал ему мучительную смерть.
— Думаю, нам пора. Спокойной ночи, — подмигнул Забини.
Блейз взял Драко за плечи и повел на выход из гостиной. Их сокурсники тоже покидали комнату, вскоре оставив Нотта и Грейнджер одних.
— Почему мне так хочется спать, Нотт?
Грейнджер лениво взмахивает палочкой, убирая беспорядок со стола и, шатаясь и держась за стену, направляется к ступеням, ведущим в ее спальню.
Нотт тихо идет следом, не пытаясь ей помочь, а просто наблюдая за ее жалкими потугами.
— Ты пьяна, Гермиона.
— Этот хорек так бесит меня, — шипит и пытается снять туфли, наклоняясь и открывая Тео вид на обтянутые тканью ягодицы.
— Правда? — забавляется Нотт, подходя ближе и утыкаясь пахом в ее зад, но сразу же отходя на шаг, ведь он обещал неделю не трогать ее.
— Помоги мне, Тео, — она оглядывается на него и жалобно смотрит на лестницу, так и не сумев расстегнуть застежку на туфлях.
Тео аккуратно берет ее за руку и тянет на диван, заставляя ее буквально упасть на него. Она тяжело дышит, декольте не скрывает влажную кожу, пряди выбились из прически, а на губах лишь остатки от красной помады, но она так красива, что Тео сглатывает подступающую слюну.
Он садится перед ней на колени, и его член мгновенно дергается в брюках. Нотт так давно мечтал об этом. Просто быть с ней вот так рядом, на коленях, смотреть на нее, как на божественную статую.
Тео аккуратно поднимает ее ногу, обхватывает пальцами косточку и тянет тоненький ремешок из замочка на лодыжке. Туфля легко соскальзывает и падает на пол, пока Гермиона, сощурив глаза, кусает указательный палец, глядя на него сверху вниз.
Он нежно проводит пальцами по маленьким пальчикам, поднимая ладонь вверх по стопе, и кладет ее ножку себе на плечо, целуя напряженную икру. Эти ноги не давали ему спокойно сидеть на уроках, и теперь он может их целовать и лизать, пока она с шоком смотрит, как его влажный язык чертит дорожку до самой коленки, зубы прикусывают косточку, а пальцы держат под коленом, разводя ее ноги в стороны. Она резко задыхается и хнычет, пытаясь свести их вместе, но у нее не получается.
Да, хоть платье и длинное, на бедре длинный вырез, и если развести ноги, то…
— Да ты вся мокрая, Грейнджер.
Он не может оторвать взгляда от открывшегося вида. Тонкий шелк красного белья в тон платью красуется на киске пятном темно-бордового цвета, и если она не потекла от его действий, то он Папа Римский.
