Наклоняется ниже, сжимая ногу и еще сильнее надавливая, замечая ее отличную растяжку. Вау. Просто вау. Утыкается носом под самой кромкой белья, вдыхая сладкий запах запретного плода, и приоткрывает рот, языком практически касаясь влажной ткани. Поднимает глаза наверх — Гермиона дышит так тяжело и часто, будто убегала от кого-то. Но нет, дорогая, ты никуда не убежишь. Тео давит языком на влажный шелк и жмурится от удовольствия. Он чуть не кончает в момент, когда на языке взрывается ее вкус. Блять. Резко сжимает член сквозь брюки, потому что спустить в штаны от такого не хотелось — слишком рано. Он ее еще не распробовал. Она запрокидывает голову и кладет руку на его волосы, мягко сжимая.
— Можешь сжать сильнее, милая, — и она сжимает, запуская ноготки.
Нотт облизывается и снова переводит взгляд на раздвинутые ноги, указательным пальцем медленно проводит линии вдоль бедра до трусиков и наконец-то отодвигает их.
Она такая мокрая и горячая. У него перехватывает дыхание от вида желанного местечка, и Тео быстро опускается ртом на ее влагалище, втягивая в себя напряженный клитор.
— Сладкая.
Он лижет ее с таким наслаждением, что сам стонет в такт ей. Проводит руками вверх по бедрам к талии, трогает везде, где только может, и смотрит-смотрит-смотрит. Если он думал раньше, что она красивая, то сейчас она будто сияет.
— Я сейчас… Тео, Тео, — Гермиона дергается, сильнее сжимая мягкие волосы в кулаке, а рот приоткрывается в немом крике.
— Я люблю тебя, Гермиона, я так сильно люблю тебя, — шепчет он, облизывая губы и смотря в ее глаза.
— Хей, ребята, я забыла свою… свою…
Джинни ошарашено застывает на входе в гостиную, переводя взгляд с ярко-красной Гермионы на довольного Тео. Грейнджер резко сводит ноги и быстро расстегивает вторую туфлю, бегом скрываясь за дверью спальни и хлопая ей так сильно, что Джинни вздрагивает.
— Что же, Уизли, ты забыла? — обманчиво мягко спрашивает Нотт, поднимаясь на ноги и облизывая блестящие губы.
Уизли быстро опускает взгляд на чужую ширинку облегающих штанов с влажным пятном от смазки и краснеет, быстро отворачиваясь. Она прекрасно видит член, который совсем не скроешь под одеждой. Очень не вовремя она зашла.
— Акцио сумочка, — пищит она и выбегает за дверь, пока Нотт не убил ее.
Он громко смеется, запрокинув голову и ероша волосы, и переводит взгляд на дверь спальни Гермионы. Вряд ли она впустит его сейчас, поэтому он садится на диван, где сидела она минутой ранее, и расстегивает ширинку, наконец-то прикасаясь к напряженному члену.
Ему хватает всего нескольких касаний по головке, и он кончает, судорожно глотая воздух, где до сих пор пахнет ее духами. Устало откидывается на спинку, закрывая глаза и размазывая сперму пальцами по лобку. Интересно, она бы дотронулась до него? Помогла бы ему кончить? А может, взяла бы в рот, лизнула своим юрким язычком головку, дабы отплатить ему ответной услугой. Смотрела бы на него своими невозможными глазами, напрягая губы?
— Блядство, — член снова стоит…
Комментарий к Глава 4. Царапина
Мемасы к главе:
Рон - https://ibb.co/RBFxHzw
Джинни - https://ibb.co/Z2wzXK4
Драко - https://ibb.co/9qYdzCJ
И я жду отзывов
========== Глава 5. Ушиб ==========
Комментарий к Глава 5. Ушиб
Хуже обиженной женщины может быть только обиженный мужчина.
Я твой мальчик, сказку прочитай
“Смелее, ну давай” — мне твои бедра говорят
Дай мне просто похитить тебя
Из твоего дворца
Пошлая Молли — Клеопатри
Гермиону разбудил легкий стук в дверь. Она медленно наколдовала Темпус и с удивлением обнаружила, что уже девять утра. Голову нещадно пробило болью — впервые в жизни ее настолько сильно мучило похмелье. На полу валялось скомканное платье и нижнее белье; она поморщилась и одним движением руки запрятала барахло в шкаф. Быстро накинув на себя темный халат, Грейнджер открыла дверь и уставилась на улыбающееся лицо Тео.
Вот же…
Так же резко закрыв дверь перед его носом, она прислонилась горящим лбом к желанной прохладе дерева. Хотелось биться головой долго и нудно, пока все воспоминания о вчерашнем не покинут ее свинцовую голову.
Увидев Джинни в проеме гостиной вчера ночью, она протрезвела в мгновение ока. Стало так стыдно, Господи, — она позволила ему сделать это с собой. Нет, не просто позволила, а охотно поддалась на его ласки и стонала под его обжигающим языком, очень даже отдавая себе отчет.
Ее вырубило почти мгновенно; уставшее сознание накрыло тьмой, как одеялом, не давая осмыслить произошедшее. А теперь наступил новый день и вот, он стоит за дверью и ждет ее реакции. Она не была готова встретиться с ним так быстро, а новый стук в дверь не давал сосредоточиться.
— Тебе нужно поесть, а еще я принес антипохмельное зелье. Открой дверь, не укушу, — смешок, — клянусь.
Она дрожащими руками открыла дверь и отошла вглубь комнаты, сразу же отворачиваясь от него. Смотреть в глаза Нотту ей пока было не под силу.
