Люциус как-то говорил Драко, что Грейнджер нужна Темному Лорду, что он даже пощадит ее за непревзойденный ум, если она склонит голову в подчинении. Вот только она бы никогда не сделала так, никогда бы эта девчонка не предала Поттера.
Драко помнил, какая оглушающая тишина стояла, когда он направлялся в сторону Пожирателей к своим родителям. Никто его не окликнул, а если бы она была там… она бы точно крикнула свое коронное «Малфой!», сверкнула обиженным взглядом медовых глаз в его сторону, но все равно бы ничего не смогла изменить.
Уже потом он узнал, что она лежит в больнице, а спас ее теперь всеми любимый Нотт. И это было правильно. Хорошо, что она не видела его позора. Ему хватило воспоминаний об ее пытках.
— Ты сегодня витаешь в облаках, — протянула Панси, укладывая голову на его плечо. — На выходных отец будет знакомить меня с женихом, надеюсь это будет не дряхлый дед.
Драко неопределенно хмыкнул, не сводя глаз с заколки на полу. Пока Панси одевалась и поправляла макияж, он незаметно для нее нагнулся и поднял сверкающий предмет, быстро положив в карман мантии.
Он обязательно спросит у Грейнджер об этой маленькой вещичке, возможно, заставит сознаться в том, что они тут делали, и попросит об одолжении, дабы не рассказывать никому об их с Ноттом отношениях.
Удача впервые улыбнулась ему за эти дни. Панси удивленно посмотрела на его улыбающееся лицо, но он лишь закинул руку ей на плечи и повел вон из комнаты.
***
Патрулирование проходило… обычно.
Они встретились в гостиной без пяти минут девять и молча двинулись по темным коридорам, освещая себе путь палочками. Сначала было слишком неловко: он вел себя так, будто ничего не случилось, будто пару часов назад она не сидела перед ним на коленях, а он не вылизывал ее рот со стоном, называя самой лучшей.
Может, ему стыдно? Гермиона хмыкнула: Теодор и стыд — это антонимы. Может, он просто не хочет ее смущать? Они же теперь пара?
Учитывая все их взаимодействия и отношение Нотта к ней, она была в этом уверена. Гермиона мечтательно улыбалась и незаметно поглядывала на его бледное лицо. Мерлин, он был такой красивый в свете слабого люмоса: его профиль был четко очерченный, волосы будто светились, а губы блестели.
Ей хотелось прижаться к нему и поцеловать.
Он все видел. Тео думал обо всем, что между ними было и приближался к неутешительному выводу, что обычные отношения его малышке просто наскучат. Гермиона в итоге выкинет его, как прочтенную книгу, причем не самую интересную в ее жизни, и он останется в одиночестве навсегда, потому что другую Грейнджер он вряд ли найдет.
Нет, ему нужно было что-то придумать, ему нужно было влезть ей под кожу, а обычные оскорбления по типу «грязнокровка» и связывающие заклинания уже не сработают. Она любит пожестче — изнасиловать? Ей это только понравится — она рождена, чтобы сидеть перед ним на коленях.
Тео хмыкнул.
Поэтому такой вариант он сразу откинул. Она всегда будет под ним по собственному желанию.
Он не насильник.
Больше всего на свете Грейнджер ценила что? Храбрость и знания. Честность, открытость. Доверие и любовь. Что, если отыграться не на ее теле, а именно на чувствах? Но как? Блять, думай-думай-думай.
Он не хотел ее обидеть слишком сильно — он хотел, чтобы она только на секунду, как и он, укололась такой же острой реальностью. Чтобы девочка поняла, что не все будет лишь по ее желанию. Боль от отказа все еще играла с его чувствами. Слишком высокая самооценка не давала оставить все как есть, не отомстив.
Да, Тео был мстительной сволочью даже по отношению к своей девочке. Потому что если он не научит ее той истине, что за свои поступки нужно расплачиваться, то уже никто не научит, не сломав ее шаткий мир, только-только восстанавливающийся после войны.
Она спросила его об отце, и он решил на время отложить свой внутренний монолог и подумать обо всем позже.
Нотт начал неторопливый разговор о новом селекционном растении, которое прислал ему отец из Аргентины, и Гермиона с головой ушла в обсуждение плюсов и минусов его яда. Незаметно для себя она рассказала о своем желании открыть медицинский центр с услугами маглов, и Тео на это даже не усмехнулся.
— Значит, тебе нужны спонсоры, — просто сказал он, заворачивая на лестницу и предварительно проверив ее направление, чтобы они не застряли в коридоре.
Гермиона замерла, разглядывая его спину. Они разговаривали свободно, и ее улыбка становилась только шире.
— Спонсоры? — переспросила. — У меня много денег, мне не нужны спонсоры, — вздернула подбородок вверх, слишком гордая, чтобы просить у кого-то деньги.
Нотт усмехнулся и под недовольный взгляд Гермионы прикурил сигарету, припрятанную за ухом.
— Дело не в деньгах. Спонсорство необходимо не только ради капитала, это так же клиентура, реклама, поставки нужных тебе материалов из заграницы, а также поддержка других семей, своеобразная «крыша над головой». Думаешь, у тебя не будет конкурентов на рынке? — он усмехнулся. — Тебя съедят и даже косточек не оставят, если ты будешь одна.
