Рука с такой силой вцепилась в ее волосы, что Гермиона еле сдержала вскрик. Другая рука подняла подбородок, невесомо погладив, а большой палец надавил на ее нижнюю губу, открывая вид на ровный ряд нижних зубов.
— Ты решила сыграть со мной? Я же не остановлюсь, — его зрачки расширились. — Ты роешь себе могилку.
Нотт рассмеялся, водя большим пальцем вдоль ее алой губы, покрытой помадой, и размазывая слюну вместе с косметикой. Как же ей идет сидеть перед ним на коленях с его пальцами во рту.
— Я буду слушаться тебя, — кое-как прошептала она, когда он отпустил ее рот и провел большим пальцем вдоль горла. — Я сделаю все, что ты хочешь.
— Инкарцеро, — прошептал он, и ее руки прижались к телу за спиной, а ноги разъехались в стороны. — Конечно, будешь, маленькая грязнокровка. Конечно, сделаешь. Ведь я делаю то, чего на самом деле желаешь именно ты.
Нотт провел влажным пальцем до самого воротничка с гриффиндорским галстуком, быстро его развязывая и наматывая на кулак, как поводок. Потянул ее на себя, и Гермиона, потеряв равновесие, уткнулась лицом в его напряженный член.
Грейнджер медленно подняла голову, и Тео усмехнулся, когда увидел в ее взгляде понимание того, что он от нее хочет. Ее щеки покраснели, и он мог поспорить, что в ее трусах так же влажно, как и во рту, если не горячее.
— Ты, маленькая сучка, знала, что будет сегодня? Догадывалась, да?
Она промолчала, лишь быстро облизала губы и смотрела на него своими расширенными зрачками в медовом водовороте.
Тео расстегнул штаны, приспустил белье и вытащил наружу сочащийся смазкой член, легонько ударяя им по гладкой щеке. Сколько же раз он себе это представлял и вот, получите, распишитесь.
Мечты сбываются. Все, как он хотел. От ее тяжелого дыхания до взмаха длинных ресниц. Все снилось ему в таких же подробностях, только теперь это не сон, и он спустит не в собственное белье, а в ее жаждущий рот или…
— Понимаешь, Грейнджер, у меня встал из-за твоей чертовой юбки, — он взял член в руку и провел головкой по гостеприимно приоткрытой губе.
Чуть надавил, продвигаясь дальше в жар ее рта. Любимого рта.
Мерлин. Он закрыл глаза на мгновение и рвано вздохнул, когда она коснулась его языком.
Когда-нибудь она его убьет.
— Ты, как староста, должна помогать сокурсникам, понимаешь?
Она медленно кивнула, проведя самым кончиком по головке, пока он наслаждался видом. Мерлин, Нотт, да она сама этого хочет. Она сама это начала. Еще на четвертом курсе, когда сверкнула на него своими невозможными глазами.
Уже тогда он знал, что она будет его. И он не будет ни с кем делиться. Он убьет всех их — ее фанатов. Лишь бы она была рядом и смотрела на него.
Только на него.
— Я никогда не делала… такое, — сглотнула слюну, наблюдая за багровой головкой. — Скажи мне, как…
— Оближи, — он направил голову ближе, пока на свет не показался ее розовый язычок, — как мороженое, — усмехнулся, сжимая зубы. — А потом делай так, как тебе нравится, малышка.
Она прикрыла глаза и медленно лизнула всем языком напряженную плоть от основания до самой головки, будто обнимая его толстый ствол. Мягкими губами пососала вершину, а затем самым кончиком провела по всей длине, взяв глубже, напрягла щеки и опустилась еще ниже, насколько позволяло горло. Ненадолго остановилась и потянулась вверх, создавая вакуум.
Тео застонал.
Выпустила изо рта, широким мазком собрала собственную слюну и взяла глубже в горло. Член еле помещался, он был толстый и длинный, неприятно давя на миндалины. Ей не хватало воздуха. Горло повреждалось с каждой фрикцией. Но от этой пытки ее вело только сильнее. Слезы собрались в уголках глаз и потекли, но пальцы Нотта поймали их и размазали по щекам, нежно гладя ее лицо.
Она медленно двигала головой, прикрыв глаза и полностью растворяясь во вкусе и запахе слизеринца. Руки затекли; ей так хотелось потрогать себя в такт своим же движениям и кончить одновременно с Ноттом. С пошлым чмоком отпустила член, сладко сощурилась и улыбнулась:
— Вкусно, Тео, — и тут же распахнула глаза, потому что он резко потянул ее вверх и влажно поцеловал, что-то выстанывая ей в рот.
Она почувствовала, как на грудь и шею попадают горячие капли. Тео кончил от ее недоминета, вылизывая рот. Она обхватила его язык в ответ и втянула в себя, как втягивала член секундой ранее, а сперма продолжала литься, будто он никак не мог перестать эякулировать от ее действий.
— Ты лучшая на свете, малышка, — простонал он, развязывая ее путы и усаживая к себе на колени.
Она смущенно прикрыла лицо и размазала капли спермы по шее и груди.
— Ты такой придурок, Нотт, ты знаешь? — закипела она, но тут же замолчала, когда он к чему-то прислушался, вскакивая с места, и быстро открыл шкаф, возвращая ее сумку и палочку.
— Быстро наведи порядок, Грейнджер. У нас гости.
Она кивнула, очистив себя от его следов, пригладила волосы и поправила воротничок с галстуком. Села на диван как ни в чем не бывало и уставилась на дверь. Наконец, послышался щелчок и эхо голосов.
— Почему вы тут закрылись? — раздался знакомый смех.
Малфой с Паркинсон за спиной вошли внутрь и подозрительно на них посмотрели.
