Я скомандовала БэС отсканировать с записи лицо блондинки и найти всю информацию о ней в сети. Если она пересекалась с кем-нибудь из тех программистов, что БэС нашла вчера, то наверняка найдутся и другие доказательства. И, в конце концов, можно поймать ее и допросить. Если попросить знакомых загримировать какие-нибудь манекены под изувеченные трупы, то и бить блондинку не придется, а с правдоподобным запашком для страшного места, уверена, поможет тот же Чавук.
Злость вдохнула новые силы. Следующим заданием для БэС стал сбор информации о двух самоубийцах и парне, погибшем из-за несчастного случая. Подозреваю, он мог вести собственное расследование, докопаться до истины, за что и лишился в итоге жизни. Если так, могли остаться какие-нибудь следы — письма друзьям, странные запросы. Конечно, прошло немало времени, но попытаться стоило.
Сложнее дела обстояли с «желтым» списком. Потенциально, все продолжающие попытки трудоустроиться — могут в данный момент работать на врагов. Да и те, кто нашел работу, могли сделать это только для вида. Как знать, вдруг в конце проводится вербовка? Маловероятно, что им рассказывают всю правду, но вполне могут посвятить в цели. А человек, который уже впутан… вон как тепло отзывается о своих «благодетелях» Мурат. Нужно проверить всех.
Утренняя прохлада щипала кожу, но на востоке разгоралась полоса зари, ослепительно сверкая на всех стеклянных поверхностях. Жара вернется, можно не сомневаться.
Мурат не появлялся онлайн с нашего позавчерашнего разговора — раньше я не придала бы этому значения, но его выключенный мультисмартфон подогревал опасения. Потому не свет ни заря я ехала знакомым маршрутом, все в том же парике с кошачьими ушами, только теперь в дополнение к сапожкам вся остальная одежда тоже переливалась, мигая серебристой голографией. Жасмин сумела убедить, что эта маскировка лучшая, особенно в условиях толпы.
Когда я добралась до дома Мурата, на улице, в самом деле, стало оживленно. Нечего и думать просто взять и перемахнуть через запертую калитку, а мультисмартфон друга оставался по-прежнему выключенным.
Продержав нажатым звонок на калитке минут пять, и для порядка подергав ручку, я вышла на другую улицу и подошла к дому с той стороны, где располагалась мастерская дяди Мурата. Она уже открылась, и в ее недрах что-то шумело, а вот посетителей не наблюдалось.
Мужчина, представший моему взгляду, почти не имел никакого сходства с племянником. Какое-то время я разглядывала кругловатое, щедро украшенное морщинами и щетиной с проседью лицо, на которое спадали неухоженные длинные космы. Возраст определению не поддавался, мужчине могло оказаться и сорок, и шестьдесят лет. Заметив меня, мастер отложил на стеллаж какой-то механизм, с которым возился, обнажил ровные белые зубы в улыбке и поманил вглубь помещения:
— Проходите, проходите! Что у вас сломалось? Робот?
— Доброе утро. Я к Мурату. Что с ним?
Улыбка дядюшки спряталась обратно в складки и щетину, взглядом он забегал по сторонам, избегая смотреть мне в глаза. Это продолжалось секунд двадцать и видимо разглядывание выпотрошенных механизмов, разложенных на всех свободных поверхностях, помогло ему сосредоточиться, потому что в следующий момент он заговорил — очень быстро, сбивчиво (что из-за скорости речи имело шанс остаться незамеченным) и наверно сочиняя на ходу. Напрягать слух и разбираться не хотелось, тем более и так понятно — худшие опасения не подтвердились.
— Извините, это очень важно. Можно я сама к нему пройду? Калитка с его стороны заперта, иначе бы я не стала вас беспокоить. А сегодня крайний-крайний срок.
Дядюшка еще пробормотал что-то вроде «так он не в состоянии», опровергая предыдущие слова, о том, что племянничек куда-то уехал, но все же провел меня через мастерскую и открыл дверь, ведущую во двор. Кажется, он чего-то смущался.
— Спасибо, дальше я сама, уже бывала здесь, — решительно отказалась я от помощи проводника и быстро пересекла заросший высокими сорняками двор.
Найти Мурата в доме не составило труда — он сидел у стола рядом с холодильником. Думаю, это пространство можно условно назвать холостяцким вариантом кухни. Я поморщилась, разглядывая нехитрую закуску и наполовину пустую запотевшую бутылку. Рядом стояло несколько уже выпитых до дна, а в холодильнике своей очереди дожидалась целая батарея.
