- Мисс Райдер, пора вставать, - говорит она извиняющимся, мягким голосом.
Я стону и перекатываюсь на спину. Такое ощущение, будто я заснула всего пару минут назад.
- Мисс Райдер, опаздываете. Уже 9:30 и....
Я рывком поднимаюсь, уже бодрее, словно выпила пять бутылок рэд була.
- Самолет в десять! - задыхаюсь я. - Джереми сказал, что вы разбудите меня в восемь и...
- Шшш...всё хорошо. Мистер Стоунхарт видел, как крепко вы спали, и решил дать вам
отдохнуть чуть дольше. В Портленд вы полетите отдельно. В полдень.
Я с облегчением выдыхаю. Недоумевая. Стоунхарт меняет планы из-за меня?
- Но вам по-прежнему не стоит медлить, - говорит Роза. - У нас мало времени. Если хотите,
можете быстро принять душ. Я уже всё собрала.
Роза помогает мне встать с кровати. Я одеваю халат, пока она болтает. Хоть она и изо всех сил
старается сохранить между нами официальный стиль общения, всё же кое-какие вещи
выскальзывают у нее.
- Я так рада видеть вас снова, - продолжает говорить она. - О, и я так взволнована из-за вашей
поездки. Я слышала, Портленд не самый величайший из всех городов. И вы не так часто
выходите из дома.
Я одеваюсь и выпиваю эспрессо, что она мне приносит.
- О Боже. Сегодня Рождество. Я совсем забыла, Роза. Счастливого Рождества.
- И вам, дорогая, - говорит она с лукавой улыбкой.
- К сожалению, мне нечего вам подарить, - признаю я.
У меня никогда не было много денег, но я всё равно старалась дарить своим друзьям небольшие
подарки. Большинство из них были бесполезны, но всегда были оценены. Жаль, что у меня нет
ничего для Розы.
Она улыбается.
- Для меня достаточно просто видеть вас здоровой и счастливой, - говорит она.
Затем она хлопает в ладоши.
- А теперь пойдемте. Лимузин ждет.
- Подожди, - говорю я, останавливаясь. - Где Джереми?
- Мистер Стоунхарт улетел десятичасовым рейсом, как и планировал, - Роза говорит мне. - Его
самолет вернется, чтобы доставить вас в Портленд.
Мои брови взлетают в удивлении. Он действительно должен был быть там пораньше. И всё же
он оставил меня здесь, чтобы дать мне несколько дополнительных часов сна?
- До чего же внимательный, - бормочу я.
- Мистер Стоунхарт может быть внимательным человеком, - Роза говорит с гордостью.
Она касается моего плеча.
- Для этого нужно, чтобы его окружали правильные люди.
***
Полчаса спустя я сижу на заднем сидении белого лимузина, впервые покидая особняк
Стоунхарта.
Я начинаю нервничать, когда запускается двигатель, и машина отъезжает от дома. Я машу Розе
на прощание. Когда особняк находится вне поля зрения, я наблюдаю за извилистой дорогой,
проходящей через деревья.
Вскоре после этого перед нами поднимаются ворота. Они большие, тяжелые и черные. Черные
причерные. При виде их моя рука взлетает вверх, чтобы коснуться ошейника вокруг шеи.
Конечно же, он на месте. Но я настолько привыкла к нему, что уже стала редко замечать его. И
сейчас по какой-то непонятной причине он успокаивает меня. Он дает понять, что это мне не
снится. Он дает понять, что я покидаю особняк Стоунхарта в независимости от того, заработала
я достаточно подарков или нет. Ворота раздвигаются. Я задерживаю дыхание, когда мы
проезжаем через них. А затем, когда ничего не происходит...я смеюсь.
Водитель поглядывает на меня через зеркало заднего вида, когда мой смех переходит в
истерический. Мне всё равно. Я за пределами особняка. Я на самом деле за пределами особняка.
Не было никакого шока. Не было никакой боли. Ошейник по-прежнему выключен, как и обещал
Стоунхарт. Я счастлива.
Два дня назад я находилась в темноте, не зная увижу ли я когда-либо еще белый свет.
И вот я здесь - на заднем сидении лимузина, близка к свободной женщине, о чем я и надеяться
не могла.
Через полчаса мы приезжаем на частный аэродром. Неподалеку стоит небольшой реактивный
самолет. Бортпроводник забирает мои сумки из багажника и несет их на борт. Поднявшись
следом, я оглядываюсь вокруг.
Также роскошно, как я себе и представляла. Даже больше. Сидения богатого красного цвета.
Бар изготовлен из черного дуба. За стойкой стоит стюардесса. Когда наши глаза встречаются,
она улыбается мне.
- Доброе утро, мисс Райдер, - объявляет она четким и бодрым голосом. - Хотите что-нибудь
выпить?
Она знает, как меня зовут? Конечно же Стоунхарт подстраховался.
Я смотрю на бутылки за её спиной. Голова до сих пор пульсирует от выпитого вчера вечером
вина. Кроме того, я хочу быть полностью трезвой, когда через пару часов увижу Стоунхарта.
- Воды. Спасибо, - говорю я и занимаю место.
Она приносит мне мой стакан, я беру его с благодарной улыбкой, но не пью.
Находиться в таком месте одной без Стоунхарта просто нереально. Более того у меня такое
ощущение, будто я вошла без разрешения. Я не принадлежу тем местам, которые, как правило,
зарезервированы для богатых и знаменитых. Мне не место в салоне великолепного частного
самолета.
Еще одна стюардесса поднимается по трапу и герметизирует дверь. Самолет выруливает к
