взлетно-посадочной полосе, и спустя несколько минут мы набираем высоту.
Я не боюсь высоты, но я никогда не была большим поклонником летать. Каждый раз мое тело
напрягается от перепадов высот. Я расслабляюсь только тогда, когда мы набираем высоту.
Не успев оглянуться, как мы уже оказываемся в Портленде.
Большую часть полета я смотрю в окно. Я не вижу ничего, кроме белых облаков. Они
представляют собой обещание настоящей, подлинной свободы.
- Ветер нам на руки, - говорит мне один из обслуживающего персонала. - Прилетим на полчаса
раньше.
Она улыбается так, будто это самая лучшая новость в мире.
Мы приземляемся. Приземление немного неровное, но, в целом, лучше, чем взлет. Двери
открываются, и мне в лицо ударяет холодный воздух.
Сейчас я благодарна Розе за пальто, которое она всунула мне перед отъездом. Я накидываю его
на плечи и спускаюсь по ступенькам. Мои сумки уже погружены в черный лимузин, что ждет
меня. Этот короче того. Раньше я не задумывалась о таких вещах. Кажется, лимузины бывают
разных размеров.
Водитель - обычный человек с седыми волосами. Он открывает мне дверь. Я благодарю его
легким кивком головы и рада наконец укрыться от холода внутри.
Но меня ждет сюрприз, когда я обнаруживаю Стоунхарта по другую сторону от себя. Он
говорит по телефону.
Откинувшись назад, одна его рука покоится на спинке сидения. Он воплощение мужской
непринужденности.
Наши глаза встречаются. Он быстро улыбается и отводит взгляд, продолжая разговаривать.
Дверь за мной закрывается, отчего я чуть не подпрыгиваю. Стоунхарт замечает это, и в его
взгляде проскальзывает веселье.
Я думала он весь день проведет на встречах. Тем не менее, он нашел время, чтобы встретиться
со мной.
Автомобиль начинает двигаться. Я делаю вид, будто мне интересно происходящее снаружи, но
на самом деле ничто не может быть интереснее, чем подслушивать разговор Стоунхарта. Он
что-то говорит об акциях, проданных при игре на понижение. Я не знаю контекста, но всё, что
связано со Стоунхарт Индастриз вызывает во мне глубокий интерес.
Любой лакомый кусочек, услышанный сейчас, может оказаться жизненно важным в будущем.
Побег, думаю я. Я выбралась из особняка. Следующий шаг - уйти от него.
К сожалению, телефонный звонок заканчивается раньше, чем хотелось бы.
- Прости, - говорит он. - Ты прилетела раньше. Это было грубо с моей стороны.
Я улыбаюсь.
- Всё в порядке.
- Хорошо долетела? - спрашивает Стоунхарт. - Шарлин не доставила неприятностей?
Я морщу нос.
- Кто такая Шарлин?
- Мой пилот, - говорит Стоунхарт, на мгновение растерявшись.
- Она не представилась?
Я качаю головой.
- Нет, - я смотрю на него. - У тебя есть женщина-пилот?
Он отвечает мне со смехом.
- В это так трудно поверить?
- Не думаю, - говорю я. - Просто...несколько против обычного стереотипа.
- Да, - уступает Стоунхарт.
- Кстати, спасибо, что позволил поспать подольше, - говорю я. - Я сказала Розе, что это очень
мило с твоей стороны.
- И что же Роза сказала на это?
- Она сказала, что ты можешь быть внимательным человеком.
Я делаю паузу, колеблясь, стоит ли сказать другую часть. Всё же я решаюсь.
- Для правильных людей.
- И ты, моя дорогая, безусловно принадлежишь к этой категории людей, - говорит он без намека
на издевательство или сарказм.
Я улыбаюсь.
- Но я должен извиниться, - продолжает Стоунхарт. - Мы почти подъехали к отелю, но у меня
назначены встречи. Я хотел поприветствовать тебя. Кроме того, боюсь, сегодня нам не удастся
провести достаточно много времени вместе. Прежде чем мы расстанемся, я хотел бы обсудить
правила.
Мое сердце сжимается. Я знала, что так будет, но надеялась, что он отложит это. От иллюзии
свободы я снова возвращаюсь в жестокую реальность.
- Но сначала, - говорит он, опуская руку в карман пальто. - Подарок. Для тебя. Рождество в
конце концов.
Он достает небольшую черную коробочку и держит её перед собой.
О Боже. Я сглатываю. Надеюсь, он не возвращает мне подарки.
- Открой, Лилли, - говорит он.
Я беру её из его протянутой руки. Она довольно плотная.
Я чувствую взгляд Стоунхарта на себе. После минутного колебания я всё же открываю её.
Внутри оказывается красивая, украшенная драгоценными камнями брошь в форме бабочки.
Крылья усыпаны красными рубинами и зелеными изумрудами. Туловище сделано из серебра
или платины.
- Рождественские цвета, - говорит Стоунхарт. - Я подумал, что она хорошо подойдет для
праздников.
Я задерживаю дыхание.
- Позволь мне одеть её тебе.
Я поворачиваю коробочку ему, чтобы он мог взять её. Он наклоняется вперед. Его руки
двигаются уверенно и быстро, когда он расстегивает мой пиджак, чтобы выставить напоказ
блузку.
Разведя лацканы в сторону, он фокусируется на моей груди и прицепляет брошь.
Вспыхивает сексуальная энергия. У меня возникает непреодолимое желание поцеловать его.
Но прежде, чем я совершу ошибку, он откидывается назад, вырывая меня из транса.
- Хорошо смотрится, - тихо говорит он.
- Спасибо, Джереми, - отвечаю я.
