— Признаться, я об этом не подумал... Привык иметь дело с благородными наемниками, а не изгнанниками, — оправдывался он.
Фауст нахмурился ещё сильнее, понимая, что это бессмысленный разговор. Но он нашел выход из ситуации:
— В таком случае я заберу себе волшебную дудочку Веллерта.
Лорд согласился без возражений. Веллерт, заметив это, с обидой посмотрел на мага, но промолчал. Юноша понял, что находится в положении, когда ему нечего противопоставить решению взрослых.
Глава 8. Долгожданный успех
Попрощавшись с Валлертом, Фауст и Лина покинули Совет обороны, по пути забрав ключ от дома у Кифа. Гоблин был искренне удивлен, что они вернулись живыми, казалось, он не ожидал увидеть их снова.
Во дворе их дома все так же стоял голем. Его неподвижность и бесполезность снова вызвали у Фауста чувство беспомощности и горечи. Маг остановился перед ним на мгновение, словно в надежде, что на этот раз все получится, но, не получив ответа от груды костей, разочарованно вздохнул и направился в дом.
Они вошли внутрь, где Лина быстро растопила камин, создавая уютное тепло, которое постепенно разогнало зимнюю стужу. Устало опустившись на стул, Фауст поймал себя на мысли, что возвращение в дом не принесло желанного облегчения. Он чувствовал себя так, словно вновь погружается в ту же самую трясину беспокойства и сомнений, от которых так стремился убежать.
— Может, стоит отдохнуть? — предложила Лина, видя его угрюмое лицо.
Фауст кивнул, и они, не произнося больше ни слова, легли отдыхать, каждый со своими мыслями и тревогами.
На следующий день Фауст проснулся с тяжелым сердцем. На него вновь навалилась тоска и чувство беспомощности. Он сидел, уставившись в пустоту, не зная, чем себя занять. Лина, видя его состояние, отправилась на рынок, чтобы устроить пир в честь их возвращения и успеха миссии. Она хотела поднять настроение своему королю.
Когда Лина ушла, Фауст заметил на столе мешочек с золотыми, который дал им Горислав. Он вспомнил, что лорд их немного обманул: вместо обещанных двадцати золотых в мешочке было всего девятнадцать. «Ну и ладно», — подумал маг. Награда и так была щедрая, к тому же они вернули Веллерта живым и невредимым, узнав при этом много нового о мире и магии.
Фауст поднял дудочку Веллерта и стал вертеть её в руках, размышляя, как она работает. Он никогда не был склонен к музыкальному искусству, хотя мать, пока была жива, немного учила его играть на лютне. А теперь Фауст держал в руках магический артефакт, смысл которого, похоже, был совершенно не связан с аспектом смерти.
Из любопытства и от скуки он решил попробовать поиграть на дудочке. Сначала звуки получались грубыми и нестройными, но постепенно из хаоса нот начала вырисовываться мелодия. И вдруг он услышал странный шум где-то в доме. Фауст поднял голову, но не заметил ничего необычного. «Наверное, показалось», — подумал он и продолжил играть.
И тут боковым зрением он заметил движение. Маг замер, внимательно присматриваясь к фигурке человека-свиньи, которую когда-то поставил на полку. Игрушка танцевала! Маленькие свинячьи ножки топали по дереву, а ручки поднимались и опускались в такт музыке.
Фауст не мог поверить своим глазам. Он подошел к фигурке и, не отрывая от неё взгляда, снова начал играть на дудочке. Она продолжила двигаться, делая маленькие па. Фауст, словно заворожённый, тоже начал приплясывать рядом с ней.
И тут его осенило!
Громко рассмеявшись, он выскочил во двор, где стоял неподвижный голем. Он встал напротив кучи костей и начал играть на дудочке. И голем зашевелился! Сначала медленно, словно пробуждаясь от долгого сна, потом всё быстрее и увереннее. Фауст почувствовал прилив радости и энергии.
— Получилось! — воскликнул он, продолжая играть.
Костяной голем начал танцевать, его массивные кости двигались плавно, но уверенно, создавая странный, почти гипнотический танец. Фауст не мог остановиться, его охватило ликование. Музыка действительно заставляла кости танцевать! Это было так логично и в то же время так неочевидно.
«Электричество заставляет плоть двигаться, а музыка — кости танцевать», — размышлял он, не прекращая играть. Теперь стало понятно, почему Яраш и Драз не смогли додуматься до этого. Некроманты редко использовали музыку в своих обрядах, и уж тем более не связывали её с магией смерти.
Фауст приказал голему продолжать танцевать и сам начал подражать его движениям, кружась и приплясывая. В это время вернулась Лина с большим мешком, полным еды, и бочонком вина. Увидев Фауста, танцующего рядом с огромным костяным големом, она разразилась громким девичьим хохотом.
— Ну и что здесь происходит? — сквозь смех спросила она.
Фауст улыбнулся и ответил:
— Кажется, у нас появился новый танцор!
