Фауст мгновенно ощутил прилив гнева. День и без того был трудным, а теперь ещё это. Он резко повернулся к зомби и приказал:
— Дай этому багбиру в харю!
Зомби послушно развернулся и с нечеловеческой силой ударил багбира, тот упал на землю, ошеломлённый, не понимая, что произошло. Пивинс засмеялся, наблюдая за ситуацией, но потом добавил:
— Хорошо, что этого никто больше не видел. Здесь такое, скажем так, не поощряется.
Фауст бросил на него удивленный взгляд, не совсем понимая, что тот имеет в виду, но решил не углубляться в тему. Он посмотрел на ночное небо. Оно показалось ему слегка другим, не таким, как он привык видеть в Агоране. Однако Фауст всё же смог узнать некоторые созвездия, о которых ему рассказывал Яраш.
Мысли о будущем не давали беглому королю покоя. Он пришёл к решению завершить своё обучение, стать могущественным магом аспекта смерти, возможно, даже изучить ещё один аспект. Тогда он вернется в Агоран с армией мертвецов и отобьет обратно свой трон. Но тут же возникла мысль: как отнесутся к этому его подданные? Фауста с детства учили, что достойный монарх должен заботиться о своём народе и заслуживать любовь делами, а не страхом. Эта мысль рождала моральную дилемму, на которую он пока не мог найти ответа.
Фауст обратил внимание на Пивинса и задал очередной вопрос:
— Кто у вас здесь правитель? Кто решает все вопросы?
Пивинс усмехнулся, качая головой:
— Никто. Когда надо решить какие-то важные вопросы, каждая коммуна выбирает своего делегата, и они вместе обсуждают и принимают решения.
Фауст не смог скрыть удивления. Для бывшего короля, привыкшего к строгой иерархии, столь вольная система казалась странной.
— И никто из новоприбывших не пытался захватить власть? — спросил он.
— Бывали такие случаи, — ответил Пивинс, пожав плечами. — Некоторые атаманы или беглые рыцари пытались это сделать. Но им тут быстро показали, что такое поведение не приветствуется. Здесь все научились выживать по-своему, и никто не хочет возвращаться к тому, что заставило их покинуть родные края.
Фауст кивнул, размышляя о том, как такие разные существа могли жить вместе в относительном мире. Что, если местным просто нечего терять, и это делает их сильнее и сплочённее? Возможно, он найдет здесь не только союзников, но и наставников, которые научат его многому, чего он ещё не знал. Свободное Пристанище могло стать для него новым началом, в котором он сейчас так нуждался.
Когда они добрались до дома Пивинса, была уже глубокая ночь. Фауст огляделся, ожидая увидеть нечто подобное палатке или лачуге, и был удивлён, увидев, что полурослик жил в землянке, устроенной под корнями ветвистого дуба. Корни дерева образовывали естественную крышу, защищая жилище от дождя и ветра. Вход был укреплен грубо обработанными досками, а крошечная круглая дверь с трудом могла пропустить взрослого человека.
— Ну вот и мой скромный дом, — сказал Пивинс с ноткой гордости в голосе. — А теперь, ваше высочество, позвольте достать палатку для вашего королевского отдыха.
Фауст с любопытством посмотрел на Пивинса и спросил:
— Почему сам не живёшь в палатке? Место вон какое уютное.
Полурослик пожал плечами, уже наполовину скрывшись в землянке.
— Старая привычка, — сказал он. — Так мне комфортнее, напоминает родную нору.
Через несколько минут он выбрался наружу, держа в руках свёрнутую палатку. Установив её на открытой полянке, он усмехнулся и обратился к магу:
— Смотри и учись, ваше величество. В будущем пригодится. В Диких Землях слуг у тебя не будет, ну если только зомби не научишь.
Фауст, важно кивнув, ответил:
— А почему бы и не научить?
Пивинс фыркнул и бросил взгляд на зомби Руфера, стоящего неподалеку.
— Вот колдуны чёртовы, — пробормотал он, — всегда найдут способ, как жизнь облегчить.
Палатка была установлена быстро и умело. Фауст забрался внутрь, чувствуя, как накатывает усталость. Маг оставил Руфера сторожить его покой, а сам сразу же погрузился в глубокий беспокойный сон. Пивинс тем временем скрылся внутри землянки, закрыв ее изнутри деревянной крышкой.
Утром Фауста разбудил стук и голос полурослика. Сквозь ткань палатки сочился серый свет. Утро выдалось туманным, к тому же моросил мелкий дождик, создавая вокруг сырость и уныние. Пивинс заглянул внутрь палатки и с улыбкой сказал:
— Вставай, ваше величество! Завтрак готов. И, кстати, твой зомби стал пованивать.
Фауст вылез из палатки и последовал за полуросликом к землянке. Он с интересом протиснулся внутрь и оказался в довольно уютном жилище. Небольшое пространство было умело обустроено: пол выложен гладкими камнями, в углу тлела небольшая печь, над которой висел котелок. По стенам были развешаны пучки сушёных трав, а в другом углу стоял старый деревянный стол, покрытый различными мелкими предметами — от глиняных кружек до странных механических штук. Вдоль одной стены шла узкая деревянная полка с книгами и свитками, а рядом — небольшая кровать, накрытая мехом.
— Ну, заходи, устраивайся, — сказал Пивинс, указывая на табурет. — Завтрак скромный, но зато сытный. Хлеб, лук и чай. Сам собирал и сушил.
