— Знаю я об этом, господин мой, — ответил на это Спицимир. — На самом деле, тот станет твоим наследником, кому ты дашь собственное имя: Даго. Только я буду оберегать и маленького Лестка, поскольку не только ты, но и он, творите единство нашей державы.
В средине месяца, прозванного паждзержем (октябрь), от Зифики прибыли три савроматских воина. Они сообщили Пестователю, что в Мазовии против Зифики взбунтовалось несколько десятков савроматов, их возглавил граф Фулько, мятежники захватили град Рацёнж, а затем предложили Зифике договоренность. Так вот: граф Фулько должен был взять Зифику в жены и вместе с ней править в Мазовии. И вот теперь Зифика с бывшим наемником из Юмно приглашали Пестователя на свою свадьбу в Плоцк, где они вместе вновь отдадутся в его пестование.
— Это ловушка, господин мой, — предостерегал Спицимир. — Ты же ведь не веришь в честные намерения Зифики и изменника Фулько. В Плоцке они попробуют тебя убить, чтобы сделать Кира твоим наследником, чтобы потом править от его имени.
— Я возьму с собой сто пятьдесят самых храбрых лестков, — принял решение Даго. — Если я струшу, меня перестанут бояться, и тогда я утрачу Мазовию. Я обязан быть на их свадьбе и взять их в свое пестование.
Херим тоже не советовал даго ехать в Плоцк, но при этом он понимал, что у властителя, вообще-то, в таких случаях нет выбора. Если он проявит страх и слабость, известие об этом разлетится среди других правителей, и каждый из них захочет самостоятельности. После Мазовии отпадет Витляндия, потом, возможно, Познания или Крушвиц, ведь никто не пожелает слушать пугливого и слабого человека. Точно так же, как воин, вызванный на поединок, обязан явиться на него в полном облачении и при оружии, так и повелитель, подданные которого просят взять их в пестование, не может им в этом отказать, если не желает проявить слабость.
Так что в конце месяца паждзержа Даго отправился в Плоцк, ведя с собой сто пятьдесят лестков, самых лучших и испытанных в боях. Рядом с ним ехал Херим, которому Даго верил, несмотря на скрываемую тем любовь к Зифике. Пестователь рассчитывал на то, что именно Херим сможет отвести Зифику от измены, если она собиралась таковую с Фулько совершить.
Плоцк не был крупным градом, во дворе Зифики не было слишком много помещенифй. Так что лестки расположились лагерем на лугу возле посада, там же поставили и шатер для Пестователя. Но, может ли повелитель проживать в шатре неподалеку от посада, когда во дворе, в великолепных комнатах пребывает его подданный? Так что пришлось Даго принять приглашение Зифики и вместе с двумя десятками лестков вселиться в подготовленные для него и Херима комнаты. В день объявления брака Зифики и Фулько Даго воссел на троне в парадном зале. Трон его окружил десяток лестков, рядом с ним встал Херим. Зифика привстала на колено перед Пестователем, то же самое сделал и Фулько. Каждый из них вложил свои ладони в ладони Даго, а тот покрывал их головы полой собственного плаща и говорил, что берет их в свое пестование.
Зифика пополнела. Одетая в костюм Дикой Женщины, с золотой повязкой на черных волосах, с серебряным щитом в руке — она казалась еще более прекрасной, чем раньше, более достойной плотского желания. Только Даго этой женщины не желал.
На Фулько был позолоченный панцирь и белый плащ. Становясь на одно колено перед Даго, он снял с головы свой шлем с павлиньими перьями, чтобы проявить честь и уважение перед повелителем. При этом он постоянно улыбался, как бы давая понять, что не испытывает к Пестователю никакой обиды, он даже забыл о том, что случилось у врат Серадзы. Но вот тела Зифики и Фулько, их гласа гласили ненависть.
После церемонии Даго вернулся к себе в комнату, приказав, чтобы у двери непрерывно стояли на страже по четыре лестка. Ему хотелось отдохнуть перед вечерним свадебным пиром, к которому уже готовились во дворе. На этом пиру могла случться измена, и потому Пестователь обеспечил себе право окружить себя десятком лестков. Ровно столько же вооруженных воинов было позволено ввести в зал и Зифика. Гостям, приглашенным на свадебный пир Зификой и Фулько не было дано права прийти с мечами и копьями, самое большее — с ножом у пояса, чтобы было чем резать мясо.
Так обеспечивал себе безопасность во время пира, тем не менее, улегшись отдохнуть на ложе, выстланном лосиными шкурами, безопасности не чувствовал.
Вошел Херим и передал ему просьбу Зифики, не пожелает ли Даго увидеть своего первородного сына, Кира.
— Передай ей, что мой сын в Гнезде, — гневным голосом ответил Даго.
Через какое-то время снова Херим пришел снова и спросил у Даго, не пожелает ли он принять графа Фулько.
— И о чем я должен с ним говорить? — резко заметил Даго.
— Он желает получить твой совет, господин. Слышал он, будто савроматские женщины убивают или же берут в неволю своих мужей. Опасается он Зифики. Желает в разговоре с тобой стереть все свои вины, забыть обиды и получить от тебя заверение, что супружество с Зификой будет для него безопасным.
