— Том, — сказала Сара и коснулась его руки. Их глаза встретились. Глаза Тома потемнели. Взгляд его смягчился, словно он впервые увидел Сару, впервые позволил себе посмотреть на нее. Сара подумала, что ни у кого нет таких выразительных глаз. Он ей нравится. Это осознание было внезапным, но не шокирующим. Сару даже не охватила паника. Она просто смотрела на него и чувствовала, как все ее естество наполняется осознанием того, что она его любит. Спокойная констатация факта. Признаться себе в этом было все равно что признать, что Земля круглая и подчиняется законам гравитации. Она любит его. Это факт. И ничего с этим нельзя поделать. Она знала, что это вызовет новые проблемы, но не хотела об этом думать. Она хотела наслаждаться тем душевным покоем, который ей принесло это осознание. И оно придало ей мужества.
— Том, тебе не нужно этого делать. — Ее рука все еще касалась его руки. — Я сказала Джен, что это безумие.
Том засмеялся.
— И она, естественно, послушала тебя и положила конец этой безумной затее?
— Я с ней снова поговорю.
— Сара, я подписал прошение.
— Но… — Она опешила. — Зачем?
Он пожал плечами:
— Эми бы этого хотела.
— Но это неправильно, — пробормотала Сара.
Он сделал это, потому что его вынудили, подумала она. Потому что он считает, что его долг — помогать всем и каждому.
— Почему же? — спросил он и кивнул на платья. — У тебя есть платье.
Сара скривилась.
— И я знаю, что Джен уже поговорила со священником и назначила венчание на следующую субботу.
Его глаза по-прежнему смеялись.
— Поздно уже что-то менять. Но, конечно, ты всегда можешь сказать «нет», когда священник спросит.
Сара судорожно соображала. Нехорошо выходить замуж ради вида на жительство. Нехорошо выходить замуж за человека, которого не знаешь. Нехорошо принуждать другую сторону к заключению брака. Сара смотрела на старомодные платья ужасных фасонов, пожелтевшие от времени, в надежде, что они вернут ее к реальности. Но все, что она видела, это обрыв. Забавно, подумала Сара: человек выбирает проверенные дорожки в жизни, расставляет указатели, смотрит под ноги — делает все, чтобы не видеть открывающихся перед ним видов. Не видит высоты, на которой находится, не видит обрыва перед собой, не видит всех возможностей, которые существуют только для него, и не осознает, что иногда нужно просто прыгнуть с обрыва и полететь. Хотя бы на мгновение. Сара старалась всю жизнь идти по дорожке. Впервые она подошла к самому краю обрыва и лишилась дара речи при виде всего того, что находится за ним. Впервые она узнала, что жизнь может быть другой, что она может быть полнее, насыщеннее. И реакция ее была такой же, как на краю настоящего обрыва. У нее кружилась голова. Сара испытывала огромное желание прыгнуть вниз, невзирая на последствия. Она пыталась представить, каково это — испытать свободный полет. Она хотела прыгнуть, но что-то удерживало ее, тянуло обратно — к безопасности. Ты его любишь, говорила она себе. Но не знала, это аргумент за или против прыжка.
— Давай же, Сара, — сказал Том, словно читая ее мысли.
Сара надеялась, что это не так.
— Ты же хочешь остаться?
— Да, — просто и без тени сомнения ответила Сара.
Она посмотрела на Тома:
— Я так люблю вас всех. И впервые чувствую, что обрела дом. — Помолчав, она добавила: — Ты правда переедешь в Хоуп?
Сара просто не могла удержаться от вопроса.
— Я бы никогда не уехал в Хоуп, — ответил Том. — Но я буду там работать. Приступлю через несколько недель. Я не возражаю. — Он пожал плечами. — Если мы поженимся, тебе не придется переезжать в Хоуп. — Он криво улыбнулся. — Но, наверное, тебе стоит переехать ко мне на время. Нам нужно побольше узнать друг о друге. Например, ешь ли ты на завтрак птичий корм.
— Птичий корм? — удивилась Сара, чувствуя, что теряет контроль над разговором.
— Это из фильма, — пояснил он с улыбкой. — С Жераром Депардье и Энди Макдауэл.
— А… — протянула Сара. — Я редко смотрю фильмы. Я предпочитаю…
— …книги, — закончил он с улыбкой.
— Ну так что? Думаете, Джош правда влюблен в Сару? — поинтересовалась Джен.
— С чего бы это? — спросил Энди.
— А с чего он вдруг заговорил о бисексуальности? Это подозрительно. — Она подлила вина в стакан. — Он явно обиделся, что мы не допускаем такой возможности.
— А он заходил в книжный? — спросила Грейс.
— Нет, — ответила Джен с сомнением. — Во всяком случае, в последнее время.
Она помахала бутылкой Энди и Грейс, и те с готовностью подставили стаканы.
— Вот именно, — сказал Энди.
— Но у него явно есть женщина, — настаивала Джен. — Но может, не из Броукенвила. Единственная женщина, с которой я его здесь видела, это Каролина.
Грейс с Энди уставились на нее во все глаза.
— Боже мой, Джен! — воскликнул Энди, но явно задумался и добавил: — Они пили пиво вместе после танцев.
— Пиво? — удивилась Джен. — Каролина пила пиво?
