Били его не торопясь, как бы с ленцой, как бы задумчиво, обстоятельно, словно не хотели избиваемого лишать возможности осмыслить каждый отдельно взятый удар — по почкам, по печени, по голове — ё, ответил тетюринский мозг на тупую боль между ног, — Копейкина как… — и, услышав:
— Тебе за Копейкина, —
сквозь дикую боль между ног Виктор Тетюрин еще удивиться сумел и своей прозорливости, и тому, что Копейкин при чем? (а в самом деле, при чем тут Копейкин?.. если Каркар?..) — главное, стоять на ногах, но и это не главное.
С первыми вспышками фейерверка Косолапов и Несоева вышли на балкон.
— Праздник удался, — сказал Косолапов. — Не люблю пиротехнику, но впечатляет!
— Хорошо ли я выступила? — спросила Несоева.
— Бесподобно, Анастасия Степановна. Лучше всех.
— Вот сволочи, кого-то метелят! — Несоева достала мобильник из сумки. — Стас, мать твою! Куда глядишь? У ограды, напротив тумбы! Покалечат пенсионера — шкуру спущу!
Стас, по-видимому, плохо ориентировался на местности, он не знал, куда послать людей; люди в камуфляжной форме озирались по сторонам за автобусом телевизионщиков.
— Смотри сюда, на балкон! — сказала Несоева.
Она показывала пальцем, куда идти. Между тем экзекуторы скрылись за оградой — из поля видимости.
— Сволочи. Все торжество испортят.
— А что, Анастасия Степановна, давайте-ка мы вас выдадим замуж.
— Что? Меня? Ни за что!
— Почему? Это же так здорово!.. Свадьба, стол, поздравления… Все так и ахнут!..
— Вот вы Богатырева хотели женить, его и жените.
— На вас!
— Вы забываетесь, Герман Федорович. Я могу и обидеться.
— Извините, пожалуйста, я не хотел… Это с любой стороны нонсенс был бы, если б взаправду… Я так сказал… Шутка. Вы и Богатырев… О нет! Нонсенс, нонсенс!.. А что, он действительно зоофил?
— Жените его на козе, вы любите эксперименты.
Она пожалела о своем высказывании. Грех обижать Богатырева. Ей-то совсем так не гоже.
— Слушайте, я бы его на такой красотке женил!.. все бы попадали… Но что-то он меня вдохновлять перестал… в этом плане…
— Мне ваш стиль не всегда нравится. Вы циник.
— Работа такая. А давайте будем прагматиками, Анастасия Степановна. Вы сами знаете, женщина-депутат должна иметь семью…
— У меня дочь.
— Дочь взрослая, ломоть отрезанный. Должен быть муж. Кто, как не муж, расскажет о вас, какая вы замечательная?.. Вы весь день на работе, вам некогда, а он щи варит, пол моет… за вами ухаживает… Вы — счастливая пара. На вас приятно смотреть. Вы пример для всех, у кого жизнь не сложилась.
— И как это вы все представляете?
— Как шумную, веселую, духоподъемную свадьбу! И — неожиданную, что характерно!.. Чего-чего, а уж такого никто не ждет. О вас все заговорят, все! Вот, скажут, молодец Анастасия Степановна!..
— И за кого вы предпишете мне замуж идти? Уж не за вас ли?
— Да я бы с удовольствием, но амплуа не то… Я серый кардинал, мне светиться нельзя… И вас подставлять… Меня ж знают все… Кому надо… А у вас нет никого на примете?
— Нет никого на примете, — сказала Анастасия Степановна.
— Тогда фиктивный брак, ничего не поделаешь.
— Ну да, фиктивный. А потом вы на весь свет раструбите, как все это устроили… Нашли дурочку.
— Да что вы, Анастасия Степановна!.. Я разве враг сам себе?
— И кого вы обмануть хотите? Неужели кто-нибудь поверит?
— Все поверят, все! Ну, не все, даже если половина поверит, это уже больше чем достаточно. Считайте, половина голосов — ваша! А я вам обещаю, все поверят, все как один!
— Никто не поверит.
— Да почему же никто? У нас будет история любви, нарочно не придумаешь какая!.. Женщины рыдать будут!.. И потом, что брак фиктивный — только вы, да я, да жених. И все! А он свой, наш, не подведет.
— Ну а конкретнее — кто?
— Давайте выбирать.
Он назвал пару фамилий.
— Нет, нет и нет.
— Хорошо. Мне тоже не нравится. Кукин Борис Валерьяныч, он ведь вдовец?
— Не издевайтесь надо мной.
— А вы привередливы. Подумайте сами, принципиально ли это? Ну какая разница кто?
— Как там? «А новая невеста»?..
— «Она и нас спасет!»
— «Дайте мне обезьяну»?
— «И я сделаю вам идеального мужа!»
— Нет, дружочек, обезьян поберегите для господина Богатырева! — опять не удержалась Несоева.
— Ну а кто, кто в нашей команде еще не женатый?.. Тетюрин. Подождите… А ведь это идея!
Люди Стаса не торопясь пробирались через толпу, поглядывая на балкон. Несоева указывала направление, но уже не так уверенно.
— Я ему в мамаши гожусь.
— В старшие сестры, Анастасия Степановна. Очень хорошая кандидатура. Прекрасно! Так и должно быть! Он в вас со школьной скамьи влюблен!.. Вот это сюжет!.. Писатель!.. Поэт!.. Романтика!.. Лучше и быть не может!..
— Общественность не одобрит.
— Плохо вы знаете нашу общественность!
— А он в курсе?
— Нет, конечно. Не волнуйтесь, я все на себя беру.
— И сколько же вы ему заплатить хотите?
— Заплатим. Бюджет позволяет. Книжку ему издадим. Напечатаем рассказ в газете. С посвящением! А.С.!
— Как-то неловко все это.
— Очень ловко! И главное, вы нравитесь ему!
— Вы так думаете?
— Да разве вы не читали, что он написал о вас?
— Да… таких слов мне никто не говорил… Но ведь это же не серьезно?
