Они стояли в тупичке перед старым колодцем. Заросший травой и диким виноградом, вход в недра города, совершенно не казался чем-то опасным. Даханавар достал из ножен широкий кинжал и просунул под доски, приколоченные к жестяному бортику колодца. Раздался неприятный скрежет, это заржавевшие гвозди с неохотой покидали свои гнезда. Несколько досок, были настолько сухими и трухлявыми, что переломились по середине и с тихим шорохом соскользнули вниз, в затянутую паутиной тьму. Даханавар очистил вход для Илаи. Крепко закрепив веревку на поясе юноши, он закрепил второй ее конец к железному кольцу, глубоко утопленному в каменном боку колодца. Видно, тут раньше крепился конец цепи, на которой подвешивали ведро для воды. Проверив надежность крепления, он удовлетворенно кивнул.
— Возьми это на всякий случай, кто знает, что может ждать тебя там, внизу. Не хочу, чтобы это застало тебя врасплох. — Шамиль протянул Илае рукоять кинжала. Илая благодарно кивнул и прикрепил кинжал к поясу.
— Не беспокойтесь, Шамиль, я сделаю все как полагается. — Илая ободряюще улыбнулся мастеру и скрылся за бортиком колодца.
К лицу и одежде липла паутина, воздух в жерле колодца был сухой и прохладный, его дно устилал толстый ковер палых листьев. Приземлившись на него, Илая вспугнул целое семейство сороконожек, которые прыснули из-под его ног во все стороны. Он показал даханавару, что спуск прошел удачно, подняв руку со сжатыми в кулак четырьмя пальцами и оттопыренным большим. Даханавар повторил жест, сигнализируя, что понял напарника и его голова скрылась из виду. Оставшись наедине с пауками и сороконожками Илая, еще раз вздохнул, приводя мысли и чувства в порядок. Юноша взглянул вверх, со дна колодца был виден только сизый круг начавшего темнеть неба. Отбросив сомнения, Илая шагнул в пролом в стене, ведущий в пресловутые туннели. Здесь было на удивление сухо, воздух был немного затхлым, но не мутных луж стоячей воды, ни плесени на стенах не было. Это порадовало Илаю, так как всем известно жаболюды любят сырость, а значит столкнуться с давешним врагом ему скорее всего не доведется. Однако, Илая все же извлек кинжал, отданный ему даханаваром из ножен. Сжимая оплетенную мягкой кожей рукоять клинка, он чувствовал себя более уверенно.
Не понятно откуда, но в туннель проникал слабый сумеречный свет. Илая направился вперед по коридору. Под его ногами тихо шуршали принесенные снаружи сухие листья, встречались деревянные щепки, которые моментально рассыпались в пыль стоило ноге на них наступить. Возможно, когда-то давно этот туннель использовали контрабандисты. По пути часто встречались обломки старых бочек и ящиков, сваленные трухлявой кучей, под стенами туннеля. Решётка ворот, перекрывшая Илая путь дальше, была покрыта толстым слоем пыли и ржавчины. Подобно длинным зубам дракона, она выходила из каменного нёба потолка, чтобы впиться в стальные пазы на полу. На первый взгляд, открыть подобную дверь было бы сложно, но Илая быстро смекнул, что восьмигранный железный штырь, выступающий справа из стены, чуть выше его плеча, это часть поворотного механизма. Он вытащил из-за пазухи диковинный круглый ключ, приладил его к штырю и повернул. На удивление повернуть получилось легко, после стольких лет запорный механизм продолжал служить безотказно. В стене, с каждым поворотом ключа, что-то скрежетало, но вот железные зубья начали выходить из пазов, открывая вход в недра подземелья.
За воротами туннель терялся во мраке, но, как будто в помощь внезапным гостям, прямо за воротами стояла рассохшаяся бочка, в которой покоились три палки с истлевшей от времени просмоленной паклей — факелы. Кто-то за много столетий до Илаи побывал здесь и не поленился позаботится о том, чтобы следующий посетитель подземелья не блуждал ослепленный темнотой, царившей в прохладном подземелье.
Илая помнил, что надо пройти два поворота слева, прежде чем он найдёт нужный тупик. Воспользовавшись огнивом и трутом, он поджог один из факелов, тот потрескивая осветил желтым светом пространство. Тут было не настолько сухо и на полу кроме истлевших досок и щепок встречались пожелтевшие от времени кости. Илая присмотрелся — человеческие кости. Успокаивало лишь то, что они были до невозможности старые и, к счастью, на них отсутствовали следы зубов и когтей. Илая смекнул, что это кости из старых могильников, которые просто вынесли в подземные коридоры, чтобы очистить усыпальницы для новых покойников. Мирцея была древним городом, она буквально стояла на костях своих почивших жителей, а цвинтар в городе был всего один. Как бы не было обширно городское кладбище, а мест для новоприбывших усопших всегда не хватало. Вот так подземелья и стали свалкой для старых безымянных костей.
