Вокруг них до самых скалистых горных пиков простиралась степь. Где-то справа, меж обрывистых берегов, несла свои бурные воды река. Теперь город, который им пришлось так спешно покинуть, виднелся лишь розовым пятнышком, тонущем в серебристом мареве горизонта. На древней карте, которую Илая получил в наследство от даханавара Шамиля, город Тариза, почти вплотную примыкал к горному кряжу, но на деле, Аталасские горы отгородились от всего остального мира широким участком степи. Степь, о которой путешественники знали слишком мало. Степь, которую картографы на своих пергаментных картах отмечали человеческим черепом — знаком мертвых земель. Место несущее погибель, о котором не говорили даже те, кто проживал у его границы. Проклятое место. Забытое. Место, где путешественник, потерявший провизию и скакуна, обречен на печальный конец.
Земля здесь была каменистой и белесой, иссушенная солнцем до глубоких трещин, она была покрыта пылью. Сквозь трещины и пыль к солнцу пробивалась неказистая растительность: высокие и толстые стебли бурой клин-травы, покрытые жесткими заостренными короткими листьями; ядовито-зелеными пятнами, будто кожная болячка, по каменистой почве разрослась камнеломка. Иногда, подпрыгивая на камнях, дорогу пересекал высохший шар перекати-поля. Здесь так же водилась весьма малоприятная живность: скорпионы, ящерицы и змеи, а иногда в земле встречались глубокие норы затянутые густой липкой паутиной — в них, ожидая очередную жертву, затаились песчаные тарантулы. Но самым неприятными в этой степи были места, где земля была похожа на зеленоватый лед. Будто кто-то вплавил в почву островки стекла. Каждый житель континента знал, будь это человек или зверь, что подобные стеклянные озерца следует обходить стороной. К великому сожалению, местоположение этих "ледышек", как их прозвали в народе, нельзя было предугадать. "Ледышки", были горьким эхом древних магических войн, и они мигрировали.
Они то появлялись, то исчезали, иногда возникая и исчезая всего за одну ночь. Зачастую, их можно было встретить появлялись на полях, где ранее происходили сражения и земля впитала кровь сотен павших воинов. Но иногда эта напасть возникала в самом центре крестьянских угодий, уничтожая скот и урожай, обрекая жителей тех мест на голод и нужду. Из-за стеклянной красоты "ледышек" погибло немало любопытных, привлеченных их блеском. Но под этим тонким, блестящим слоем скрывалась ловушка — древняя и опасная, для всего живого. Остаточное воздействие смертоносных заклятий боевых магов все еще таилась под землей полей, где шли тысячелетия назад великие сражения. Там где их концентрация достигала максимума, на поверхности появлялись "ледышки" и стоило неосторожному зверю или человеку нарушить тонкий стеклянный покров, как дремавшая веками магическая мощь, мгновенно высвобождалась, разрывая несчастного на куски, которые тут же истлевали и превращались в жирный серый прах.
Здесь, в этой проклятой степи, подобные ледышки попадались на каждом шагу. Одно из скоплений таких ледышек было невероятно большим и пролегло оно прямо по дороге, по которой следовали юный даханавар и его подруга, отрезая им простой и легкий путь к горам. Путникам предстояло найти другой способ добраться в горы.
Сибрис попросила Илаю достать из сумки карту — ей надо было свериться с маршрутом.
— Демоны! Сколько же лет этой карте?! — сокрушаясь воскликнула она, — Тут ничего не сказано, о том, что это место настолько опасно! Хотя… — она всмотрелась в руны нанесенные картографом над схематическим отображением предгорья.
— Ну же, не томи! — выдохнул Илая, заглядывая девушке через плечо и пытаясь понять, что же такого обнадеживающего она смогла рассмотреть.
— Вот тут, — Сибрис ткнула пальцем в маленькую дугу перечеркивающую чернильную кривую реки. — думаю, это мост. Конечно, он очень старый и приведет нас в земли харемов, о которых мне почти ничего не известно, кроме того, что они не любят чужаков и ревностно блюдут свои границы. Раз в год, в день осеннего равноденствия, они спускаются из своих горных селений в долину что бы привезти на рынок Таризы шерсть тонкорунных горных коз и обменять её на зерно и прочие нужные им товары. Харемы — потомки изгнанников. После победы Королевств над Империей некромантов, многие имперские маги и аристократы, лояльные политике империи, предпочли рабству и смертной казни побег в горы. Хар — означает "запретный" или "нечистый". Как ты понимаешь, Илая, рады нам, людям долины, они скорее всего не будут. Но выбора у нас нет. — Сибрис вновь печально посмотрела на тянущееся до горизонта блестящее скопление смертоносных ловушек.
— Нам стоит попытаться добраться до этого моста и уговорить харемов нам помочь. Что у тебя осталось в поясной сумке? — девушка с надеждой посмотрела на Илаю. — Может там найдется, что — нибудь достаточно ценное, что бы мы могли обменять это на провизию, и хотя бы одно теплое одеяло, раз уж в городе нам не повезло.
