По некой странной прихоти альтернативных вселенных, Кэл даже сумел выиграть у УКЛА со счётом 33:10.
В соответствии с настроением народа, проявленным на президентских выборах, Поправка № 13 с её полным подавлением всех академических мыслей и действий была решительно отклонена. Чуть позже профессор Дэниэлс, так активно присоединившийся к Совету управляющих университета и Легислатуре штата в поддержке этой меры, ушёл с факультета психологии. Лэнройд сыграл немалую роль на факультетских собраниях, убедивших Дэниэлса в целесообразности этого шага.
Наконец, наступило (или, для двух людей в мире, вернулось) воскресенье, 20 января 1985 года, и телевизоры страны принесли людям Инаугурационную речь. Даже радиостанции отказались от своих обычных местных трансляций музыки и, редкий случай, объединились, чтобы передать этот исторический момент.
Голос Судьи был твёрд, а проза столь же благородна, как и его особые — или, быть может, ещё чаще поддерживавшие большинство — мнения. Лэнройд и Клив слушали вместе и вместе восхищались тихой, сильной решимостью стереть последние остатки предрассудков, ненависти, страхов и подозрений, возделанных так называемой Американской партией.
— Великий человек однажды сказал, — завершил свою речь цитатой Судья, — что нам нечего бояться, кроме самого страха[90]. Теперь, когда мелкая и своенравная группа людей потерпела неудачу в своих попытках подорвать самую нашу Конституцию, я говорю вам: «Нам есть что разрушить — само разрушение!»
А Лэнройд и Клив улыбнулись друг другу и откупорили бурбон.
Из дневника Питера Лэнройда, д-ра филос.:
20/10/85, сб.: Ровно 9 мес. Акушерский символизм? Возможно, я увидел его тогда, на другой инаугурации. Читал между строк, видел значение, истинный неизбежный смысл. Понял, что Судья просто сказал лучшими словами (или они звучали лучше, потому что я думал, что он на Моей Стороне?) то же, что Сенатор сказал на инаугурации, которую мы избежали: «Я наделён поручением уничтожить оппозицию».
Мб, я увидел, когда Сенатора арестовали за подстрекательство к беспорядкам. Вместо этого я ликовал. Поделом сукину сыну. (И так и вышло. Вот чёрт. Всё так запуталось…)
Его до сих пор не судили. Держат, пока не смогут посадить за измену. Вопрос всего лишь 2 поправок к конституции: пересмотреть 1 абзац 3 разд. III ст., чтобы «измена» больше не требовала прямых свидетельских показаний о ведении войны против США или присоединении к их врагам, а стала бы чем угодно, что захочет назвать ей Звёздная палата; пересмотреть 3 абзац 9 разд. I ст., позволив принимать законы, имеющие обратную силу. Всё так просто; аргументы Судьи звучат так же хорошо, как его несогласие в деле «США против Фейнбаума». (Я видел, даже на инауг., что он уже не тот же самый человек в этом мире — тот же разум обращён к другим целям. Моим целям? Моей цели…) Конст. попр. пройдёт успешно… не считая, мб, Мэна.
Я увидел это за последний год, когда пресса начала меняться, когда самый скучный + честный обозреватель во всей стране принялся лепетать о «мере терпимости»… когда либеральная «Кроникл» + «Хёрст Экземинер», 1-й раз в истории, заняли общую позицию по поводу отказа управляющих «Сивик-Ауд.» в проведении митинга в поддержку Сенатора… когда «Н-Й-ер» высмеивал АСГС как нечто чертовски близкое к предателям…
