— Продолжай. — Лэнройд с терпеливым удовольствием отпил ещё. — Я поверю всему, про что пишут на факультете психоники, с тех пор как ты обыгрываешь меня в кости. Полагаю, ты изобрёл машину времени?
— Ну, старина, думаю, что так. Это вопрос…
Лэнройд понял, должно быть, десятую часть из последующего восторженного монолога. Как историк, он ухватился за несколько имён и дат. Принцип темпоромагнитных полей, открытый Артуром Макканном около 1941 года. Забыт из-за отсутствия адекватного источника энергии. Эксперимент Мэй-Фигнера с ядерным котлом 1959 года. Никто не знает, что стало с М-Ф. Неловкость открытия в том, что источник энергии остался хроностационарным; бедный М-Ф застрял где-то без возможности вернуться. Уравнения Хассельфарба 1972 года установили, что любой адекватный внешний источник энергии должен обладать слишком большой временной инерцией, чтобы перемещаться вместе с путешественником.
— Понимаешь, Питер? — просиял Клив. — Вот где все неверно поняли Хассельфарба. «Любой внешний источник энергии…» Это и сбило с толку физиков.
— Охотно верю, — процитировал Лэнройд. — Они же сущие дети, эти физики — их может поставить в тупик любая мелочь, хоть квадратура круга, хоть вечный двигатель.
Клив помедлил, затем просиял.
— Роберт Барр, — определил он. — Его пародия на Шерлока Холмса[85]. Отличная идея для путешественника во времени: посетить Рейхенбахский водопад в 1891 году и посмотреть, был ли Холмс действительно убит. Я всегда думал, что «вернулся» самозванец.
— Возвращаясь к твоему предмету, псионик… а это чертовски трудное слово для выпившего человека. Итак, я наполняю оба стакана, а ты рассказываешь мне, почему то, что озадачивает физиков, не озадачивает пс…
— Звук сильного, что борется со словом[86], — пробормотал Клив. Оба они обожали цитировать; но Лэнройду потребовалось какое-то время, чтобы смутно припомнить Беллока. — Потому что источник энергии не обязательно должен быть внешним. Мы разрабатываем внутренние источники. Как мне удается регулярно обыгрывать тебя в кости?
— Психокинез, — проговорил Лэнройд, причём безо всякого труда.
— Точно. Но никому до сих пор и в голову не приходило попробовать эффект воздействия ПК на темпоромагнитные поля. А это работает, и уравнения Хассельфарба не применимы!
— Ты сделал это?
— Небольшие поездки. Ничего впечатляющего. Мелкие эксперименты. Но — и это, старина, самое потрясающее — есть все признаки того, что ПК способен на вращение темпоромагнитного стазиса!
— Мило, — неопределённо произнёс Лэнройд.
— Нет, конечно. Ты не понимаешь. Моя вина. Прости, Питер. Я имею в виду вот что: мы можем не только путешествовать во времени; мы можем переместиться в другое, альтернативное время. В мир «Если».
Лэнройд отпил и резко поперхнулся. Сглатывая и задыхаясь, он поочерёдно уставился на телевизор, оконные наклейки и Клива.
— Если… — выговорил он.
Глаза Клива проделали тот же маршрут и сфокусировались на Лэнройде.
— В глазах друг друга, — тихо проговорил он, — мы читаем дикую догадку.
Из дневника Питера Лэнройда, д-ра филос.: