– Алёна Павловна, вы Антона знаете с детства, – в глазах Вейлы прыгали смешинки. – Он очень часто врёт?
– Регулярно и непрерывно, – рассмеялась мама.
– Вот так и бывает в жизни, – с видом Анны Карениной, ожидающей поезд, провозгласила иномейка. – Познакомишься с приличным на вид парнем, только-только начнёшь прикидывать, не выйти ли замуж… вдруг бац! Всплывает какая-то Вейла…
– Ой, что творится! – Мама даже рот прикрыла ладонью от смеха.
Вечер окончательно наладился. Все три девушки болтали весьма непринуждённо, смеялись, «Марина» с видимым удовольствием дегустировала различные виды варенья, мне же оставалось пить чай и наслаждаться семейной идиллией.
– Всем добрый вечер, – за разговором мы пропустили приход отца, по обыкновению открывшего дверь своим ключом. – О, у нас гости!
Влиться в уже налаженную развесёлую компанию обычно дело минутное, и вскоре Эдуард Николаевич, представленный гостье, пил чай и беседовал с девушкой, явно довольный выбором сына – ну на лице же буквально написано: «Молодец, Антошка, экую красавицу выискал и умница к тому же, редкое сочетание…»
– Ой! – «Марина» встрепенулась, поглядев на часы. – Как ни жаль, мне пора. Большущее спасибо!
– Приходите, приходите ещё, Мариночка! Всегда рады!
– Алёна Павловна, можно вас попросить?..
– М? Что именно?
– Если вдруг тут объявится какая-нибудь, скажем, Вейла, гоните её шваброй, ага? – в глазах иномейки плясали бесенята.
– Ой, что творится! – мама от души хохотала.
– Тошка, ты молоток! – улучив минутку, шепнула мне Ленка. – Тошка, она просто чудо! И даже что не Вейла, не жалко!
– Ма, я провожу! – я сдёрнул с вешалки куртку.
– Держи! – отец протянул мне ключи от машины. – Отвезёшь до дому, как понял?
– Спасибо, па!
На улице было уже темно и вдобавок сыро – откуда-то взялся нудный, еле моросящий дождик.
– Слушай… зачем ты сказала про «замуж»?
В осенней тьме её глаза бездонны.
– Дурачок ты, Антошка. Ничегошеньки ты не понимаешь…
– Не знаю, как у вас там на прекрасной Иноме, а здесь замужество – не шутка.
Её глаза близко-близко.
– А ты уверен, что это была чистая шутка?
Я притянул её к себе, обнял, и она ничуть не воспротивилась. Но едва я потянулся к её губам, приложила мне ко рту кончики пальцев.
– Я не готова, Антон, – теперь её взгляд почти умоляющ. – Но если ты скажешь: «Я хочу сейчас!» – я потерплю.
И снова что-то будто толкнуло меня изнутри.
– Нет, так не пойдёт, – я улыбнулся. – Я хочу сейчас, это правда. Но тоже потерплю.
– Спасибо, Антоша… – она слабо улыбнулась.
–
