– Один-один, а? – пиратка небрежно стёрла текущую по подбородку кровь. – Или рискнёшь продолжить счёт?
– Рискну, – угрожающе спокойно откликнулся Кристоф. Ещё полшага вперёд.
– И что ты сделаешь? Убьёшь меня? – она чутко следила за каждым его движением. – Попробуй. Только тогда сдохнешь первым.
Самоуверенная дрянь. Надо было прострелить ей колени ещё тогда, во время штурма – это уж верно поубавило бы ей и прыти, и самонадеянности. Но теперь поздно думать об этом: пистолет по настоянию Ларая на время допроса остался на инженерной палубе.
– Повернись лицом к стене. И руки за спину, так, чтобы я их видел.
– А может, тебе ещё и отсосать на сдачу? – короткий хрипловатый смешок: раскатистый, одновременно и приятный, и пробирающий до дрожи.
Кристоф не смог удержать поползшей вверх брови:
– Только если ты настаиваешь. Но не раньше, чем я выбью тебе зубы.
– Об мои зубы ты себе скорее кулаки разобьёшь.
Определённо, было в этом диалоге что-то болезненно приятное, заставляющее перемешанную с адреналином кровь бежать быстрее, жечься в венах. Но довольно.
Рвануться вперёд, намеренно пропустить скользнувший по скуле удар с правой, чтобы тут же перехватить и на излом выкрутить куда более опасную левую. Развернуть, ударом колена прижать грудью к стене, выворачивая локти.
Пиратка попыталась было вырваться, но тут же зашипела от боли: любое движение лишь сильнее выламывало ей руки. При вывихнутом плечевом суставе бесполезным стал бы даже её усиленный киберпротез.
– Тебе повторить вопрос? – Кристоф заломил руки ещё сильнее, заставляя пленницу выгнуть спину. – Что вам было нужно на корабле?
– На этом? Ничего. Обознались мы, вот ведь оказия, – сдавленно, но всё же с явной насмешкой выдохнула она. – На том корабле, который нам нужен, был другой капитан. Белобрысая такая скотина. Крис-тоф Штру-у-удль. Вряд ли ты его знаешь.
– Странно, что при такой осведомлённости вам не предоставили фото, – недобро усмехнулся Крис, плотнее сжав пальцы.
– Отчего же, предоставили, – болезненный, но всё равно издевательский смешок. – Я эту фашистскую физиономию очень хорошо запомнила.
– Тем лучше. Значит, представляться мне не нужно.
– Угу, – пиратка пошире расставила ноги для устойчивости и старалась дышать не слишком глубоко. – Но вот ведь нестыковочка: когда тот чернявый отдавал приказы – ты помалкивал. Значит, ты ни хрена не капитан.
– Надо же, какая наблюдательность, – на этот раз ядовитая ухмылка вышла почти зловещей, а в голосе прибавилось металла. – Всё именно так – сложил полномочия ради должности штатного сатрапа, – ещё сильнее: до хрипа, до сдавленного рычания, – мне это больше по нраву.
– Гестапо местного значения? Или инквизиция? – её голос подрагивал от боли и усилий не сорваться в крик. Но не терял насмешливо-издевательского тона. – Может, мне ещё встать на колени и прочесть молитву? Я знаю только одну: «Если я пойду и долиною смертной тени, да не убоюсь я зла, ибо я – самая злая сволочь в этой долине»… Ащщщ… прекрати ломать мне руки, с-с-сука…
– Не раньше, чем ты прекратишь ломать комедию, – удар по ногам вынудил её потерять равновесие и уткнуться головой в стену, дабы не повиснуть на вывернутых руках всем весом. – Я задал тебе вопрос.
– А ты попробуй подумать башкой вместо жопы, герр капитан, – сквозь зубы процедила она. – Ты и в самом деле не знаешь, что везёт твоё корыто на запечатанных палубах, а?
– Вот ты мне это и скажешь. Что там и для кого?
– Межгалактическая коллекция резиновых елдаков: заказала по случаю на к’хортанской барахолке.
Короткий смешок оборвался шипением и сдавленным матом: новый удар по ногам заставил её рухнуть на колени. Ещё немного – и можно будет услышать треньканье до предела натянутых связок.
– Вряд ли ты сможешь пользоваться ими без рук.
– Ну ты и гни-и-ида… – хрипящий выдох. – Уб-бери руки нах-хер… С-скажу.
– Ты скажешь сейчас.
Упёртая. Наглая. Сильная. Своей стойкостью заслуживающая если не уважения, то чего-то определённо близкого.
– А ш-ш-штоб тебя, п-падла… – широко раскрытые глаза влажно блеснули. – М-магнитно-динам-мич-ческие п-пушки.
Кристоф звучно выдохнул. Вот как. Значит, он был прав в одном из самых скверных своих предположений: нет никакой «срочной исследовательской экспедиции». И не было с самого начала.
– Для кого груз? – он чуть ослабил хватку. Не по доброте душевной – лишь для того, чтобы она говорила внятнее, не задыхаясь.
– Для нашей церковно-приходской школы, преподобный, мать твою, инквизитор, – оскалилась пиратка, часто дыша и сплёвывая на пол кровью: от напряжения разбитая губа закровоточила с новой силой.
Кристоф почти восхитился её неугомонности.
– Давай быстрее закончим с этим, – колено упёрлось в спину, прогибая позвоночник. Вывернутые руки вновь устремились вверх. – Для кого груз?
– Я уже ответила, ублюдок, мать твою! Это наше оружие!
– Для чего оно вам?
– Чтобы таким, как ты, задницу отстреливать, п-п-паскуда…
Кристоф раздумывал лишь мгновение. А затем просто разжал руки, отходя на шаг назад.
