Предыдущая команда чаще всего играла именно в это. Названий других карточных игр Эйн и вовсе не знал.
– Вполне, – губы Брэда растянулись в плутоватой улыбке.
Эйн напрягся, запоздало осознавая, что его вопрос прозвучал как предложение. Но быстро взял себя в руки: прямо сейчас никто не тащит его играть, вцепившись в рукав мёртвой хваткой. А когда дойдёт до дела, он найдёт причину отказаться.
Допив свой кофе, Эйнсток чуть кивнул Брэду, в ответ получив точно такой же молчаливый и сдержанный кивок, и отправился обратно наверх – осматривать отведённую ему каюту.
Сенсорная панель приветливо мигнула, позволяя двери сдвинуться и пропустить Эйна внутрь. По чести сказать, каютой это можно было назвать лишь с большой натяжкой: скорее уж каморкой. Почти половину её пространства занимала узкая койка вдоль одной из стен, через тесный проход располагалась тумбочка для личных вещей, а на стене – несколько полок.
Временами Эйнстоку приходилось жить и в условиях похуже, где даже и кровати-то не было, а поэтому скудный интерьер своей новой каюты он счёл вполне приемлемым. А кое-что ему и вовсе очень даже понравилось: динамики. Пара огромных динамиков под потолком прямо над дверью. Предназначены они были, чтобы пилот мог первым вскочить по тревоге. Но Эйнсток был уверен, что сможет договориться с Небулой и об ином их использовании: он просто обожал слушать музыку.
Рассовав нехитрое содержимое рюкзака внутрь тумбочки, Эйн переоделся и уже через десять минут вновь занял кресло у панели управления, сосредоточенно листая всплывающие окна и быстро пробегая глазами мелькающую в них информацию.
Распоряжение капитана о рабочей форме он выполнил лишь частично, накинув синюю форменную куртку поверх удобной и совершенно неуставной чёрной футболки из эластичного термического волокна, на которой красовалась ещё более неуставная размашистая надпись «Deus Ex Machina», сделанная от руки водостойкой краской.
Пара магнитных наушников на шее – совсем дешёвых, безнадёжно устаревшей проводной модели. Они были единственным, на что Эйну хватило его последних денег – обходиться без музыки он категорически не мог. Оставалось лишь искренне надеяться, что капитан не будет возражать против подобной мелочи – хотя бы на несложных участках трассы.
С основной технической документацией корабля и особенностями его управления Эйнсток ознакомился довольно быстро. Ведь никаких особенностей он как раз и не заметил: «Вайндо 34-2» был абсолютно и полностью типовым. Гораздо интереснее было изучить предполагаемый маршрут. Погрузившись в процесс, Эйн совершенно не заметил, как пролетел практически час. А вот неслышно появившегося на капитанском мостике Штрудля – напротив, приметил почти сразу же.
– Капитан, – проговорил Эйнсток, не оборачиваясь от голографической карты. – У меня есть вариант улучшения нашего маршрута.
– Так не терпится доказать свою полезность, Трамп? – скептически хмыкнул Кристоф.
– Полезность – да. Доказать – нет. Просто эффективно делаю свою работу, капитан.
– Я весь внимание, – в голосе Штрудля прозвучала доля заинтересованности.
– Вот здесь, – движением пальцев Эйнсток увеличил карту и заставил несколько точек на ней подсветиться чуть ярче остальных. – Небула проложила маршрут с последовательным приближением к цели. Стандартный машинный подход. Логичный. Но если заменить на маршруте первую и четвёртую станции канселяции и совершить лишний прыжок через удалённый сектор, это сэкономит нам три дня, шесть часов и двадцать восемь минут полёта. Изменения приемлемы, капитан?
Кристоф некоторое время молча разглядывал карту.
– Одобряю, – наконец сказал он с отсутствием в голосе даже малейшего намёка на одобрение. – Машинам никогда не переплюнуть человека в простейшей смекалке. Раз даже вам удалось обойти логику ИИ. Приступайте к выполнению.
– Принято, капитан, – Эйн, кивнув, несколькими быстрыми движениями рук по карте заменил точки выхода на новые. – Ожидаю команды на взлёт.
Штрудль молчал. Эйнсток по опыту знал, что сам капитан, в свою очередь, ожидает разрешения от диспетчерской, переведя связь на личный интерком.
Через шесть минут общего молчания разрешение было получено: пилот заметил это по мигнувшей зелёным панели управления, сигнализирующей об отсоединении стыковочных механизмов.
Дождавшись короткого «взлёт разрешаю», Эйн запустил двигатели.
– Внимание. Жёлтый код, – отреагировала на его действия Небула. – Всем занять места и пристегнуться. Предстартовая подготовка.
Эйнсток пристегнул ремень. Вообще-то он терпеть не мог, когда что-то сковывало движения. Но одного короткого, но болезненного полёта головой в потолок из-за ошибки второго пилота Эйну в своё время хватило. Покончив с ремнём, он включил интерком, чтобы оповещать экипаж о ходе взлёта по громкой связи.
– БУЭ на разогрев, четыре минуты, – сообщил он.
Вскоре перемигивание сигнальных ламп сообщило о готовности блока. Точно такие же дублирующие лампы должны были зажечься и перед корабельным техником.
– Ядро БУЭ готово, – подтвердил в интерком Ларай. – Машинное отделение, передачу закончил.
