Трамп занялся выбором позиций для стрельбы. Контролировать его Кристоф не счёл нужным: уж что-что, а рассчитать оптимальные огневые зоны кибер мог лучше любого из людей. Трамп, Ларай и сам Кристоф должны были составить основную огневую группу. Позиции остальных располагались чуть поодаль. Будь воля Криса – он вообще оставил бы их на корабле. По крайней мере, Юковски. Но «Вайндо», несмотря на облачность, оставался лёгкой мишенью для выстрела с орбиты, так что находиться на борту нельзя было никому.
Несколько винтовок с боеприпасами расположили сразу на выбранных точках, чтобы быстрее менять позиции, не обвешиваясь всем оружейным арсеналом. Уцелевшие стёкла выбили: защитить они всё равно не могли, а вот посечь осколками – запросто.
Половину имеющихся гранат пустили на растяжки, перегородив ими основные пути подхода к кораблю. Пистолеты-пулемёты замаскировали в качестве самострелов, приводимых в действие той же системой растяжек. Заканчивая с последней, Крис невольно поморщился: подготовка профессионального военного хорошо выучила его работать с тем, что есть, и работать неизменно эффективно. Но в век управляемых дронов, инфразвуковых излучателей, автоматических ракетных установок, боевых андроидов и киборгов воевать с оснащением прошлого тысячелетия… Даже единственный имевшийся в наличии киборг – и тот вздумал возомнить себя чем-то большим, чем просто оружие.
Неплохо было бы посадить снайпера – высоких зданий вокруг имелось в избытке. Но среди имевшегося вооружения не было ни одной снайперской винтовки. Трамп мог вести прицельную стрельбу с почти любого расстояния хоть из рогатки, но он был нужнее в наземной обороне. Так что от этой идеи пришлось отказаться.
Ларай предложил вытащить один из резервных аккумуляторов: самый маленький, единственный, который вообще возможно было поднять силами трёх мужчин и одного киборга. Его расположили на подходе к кораблю, и Ларай занялся вязанием проводов, чтобы в нужный момент подать на аккумулятор искру: рвануть должно было не хуже связки гранат.
Гаст собрал для каждого набор первой помощи из перевязочных пакетов, жгутов, автоматических шприцев с обезболивающим и кровоостанавливающих губок. На себя он навесил ещё и медицинскую сумку, в которую умудрился запихать едва ли не половину корабельного медотсека. Винтовку ему пришлось взять тоже, хоть он и пытался возражать: в нынешнем положении в расчёт не шёл ни его пацифизм, ни даже неумение стрелять.
Флаер спрятали в одном из ангаров на самом краю комплекса. В случае чего до него можно будет добраться: или чтобы использовать в бою, или чтобы попытаться скрыться. Этот вариант Кристоф по-прежнему оставлял для себя.
Неподалёку Крис заметил ещё одно здание, отличавшееся от большинства других наличием двери. Просторный зал, в углу заваленный каким-то хламом, крошащиеся, но ещё вполне крепкие стены, длинная узкая полоска окна почти под самым потолком – не взобраться, не допрыгнуть. Вполне годится, чтобы оставить здесь Иррэн. Связанную, разумеется.
О том, что делать с ней дальше, думать не хотелось. Сама она была на удивление молчалива и точно так же, как и сам Кристоф, не пыталась начать разговор. Она не сопротивлялась, когда Крис связывал ей руки и ноги кабельными стяжками. Только смотрела исподлобья, сквозь растрепавшиеся и лезущие в глаза пряди волос. Смотрела
Не удержавшись, Кристоф потянулся заправить одну особенно назойливую чёрную прядь за ухо. Иррэн только неприязненно мотнула головой.
– Руки убрал. Ты мне ещё колени прострели, а после изображай грёбаную заботу.
Хотелось орать. Хотелось в кровь размолотить кулаки об стены. Хотелось пристрелить её прямо сейчас, чтобы больше не видеть этого взгляда, говорящего больше любых слов. Хотелось перекинуть её через плечо, затолкать во флаер и рвануть куда глаза глядят. Хотелось выть. Хотелось без слов прижаться лбом к её лбу. Хотелось изо всех сил трясти её за плечи и орать в лицо: какого чёрта?!
Кристоф ушёл молча.
Время было на исходе. Трамп, дистанционно державший связь с Небулой, сообщил, что до приземления шаттла оставалось не более пятнадцати минут.
Ларай закончил с аккумулятором и занял свою точку. Трамп о чём-то негромко переговаривался с Ррагной. Гаст самозабвенно копался в сумке. Юковски отчаянно храбрилась, с самым решительным видом по десятому разу перепроверяя винтовку.
Надо было всё-таки ссадить её на «Мнеморе». Паршиво вышло. Паршиво.
Когда последние приготовления были завершены, экипаж занял позиции.
Кристоф медлил. Что-то неуловимо беспокоило. Какая-то смутная тревога, будто бы он что-то забыл.
Подгоняемый гадостным предчувствием, он быстрым шагом направился к зданию на отшибе.
Там его встретили проржавевшие болты на вырванной с мясом задвижке, обломки камней, ошмётки стяжек, россыпь окровавленных осколков на грязном полу.
Короткий взгляд вверх. Разбитое стекло. Так и есть: выломала из стены камень и швырнула в окно (зубами, мать её, что ли?!), а после перерезала путы осколками, свалившимися внутрь.
