– Эй, рыцарь-благородство, ты куда? – Ррагна без всяческих церемоний преградила Эйнстоку дорогу.
– В рубку, – он попробовал обойти её, но не тут-то было.
– А я?
– А ты – куда хочешь.
– Э… – Ррагна озадаченно сморгнула. – То бишь я есть совсем не арест? Нет, я быть радый всецело, только… Что быть нужным делать теперь?
– Что хочешь. С условием, что не попытаешься оторвать кому-нибудь голову или причинить вред оборудованию.
– Вот так попросту? – Ррагна неверяще развела руками.
– Корректно.
– Ты легко слово-об-слово верить, что через миговение очей я не устроить тут много потрох-кишки-расчленёнка и вивисекция тотально?
– Не сможешь, – Эйнсток оставил попытки обойти назойливую пришелицу и посмотрел на неё в упор. – Ты ведь слышала: на борту сломанный киборг. Я. И если тут от кого-то ожидают расчленёнки, то только от меня. Можешь начинать бояться, как остальные. Мне всё равно.
– Бояться? – прежнее недоумение Ррагны как ветром сдуло, обратив выражение лица гневно оскаленной гримасой. – Бояться тебя? Уруру! Это ты бояться! Ты! Страшный рог – видишь? Видишь?! Ты нет рог, ты нужда страшиться меня! А?! Уже страх?
– Ты реагируешь… странно, – Эйнсток едва удержал себя от того, чтобы сделать шаг назад. – Ты не представляешь для меня серьёзной угрозы. А я…
– А ты – не указывать, что мне должно чуяться! И без ты указующих было преизбыточно, – Ррагна скривилась с отчётливым отвращением и, кажется, даже хотела досадливо пихнуть Эйна кулаком в грудь, но в последний момент передумала.
Благоразумное решение.
Возможно, она хотела сказать что-то ещё, но тут в разговор бесцеремонно вклинился её желудок, издав протяжный и горестный вой.
– Один-один-семь, – проговорил Эйн, не сумев удержать дёрнувшейся вверх брови. – Одноразовый код для автоповара. Голосовой. Рекомендую воспользоваться.
– О-о-о, рыцарь-благородство снова спасать дама! – на лице пришелицы вновь засияла чуть хитроватая и вполне довольная улыбка. Оставалось лишь в очередной раз подивиться тому, с какой головокружительной скоростью способно меняться её настроение. – Могу идти сейчас, да?
– Корректно, – Эйнсток кивнул, собираясь наконец продолжить путь, но помедлил. – Ррагна. А что значит «уруру»? Синхронизатор не смог перевести это слово.
– Рассказать как-то потом. Премного потом, – пришелица ехидно хохотнула и, не дожидаясь второго приглашения, с решительным видом зашагала в сторону столовой.
Проводив её взглядом, Эйн направился в рубку. И, опустившись в кресло, неожиданно почувствовал себя крайне неуютно: рабочее место больше не казалось ему комфортным и безопасным.
Жаль. Он ведь только начал привыкать считать это место
Гладкий пластик обшивки чуть холодил спину, край стола немилосердно впивался в ладони сжатых на нём рук. В этом не было ни смысла, ни практической пользы, но Эмильен всё равно не пыталась заставить себя разжать пальцы – слишком уж хотелось ей сейчас ощутить хоть какую-то опору. Как бы глупо это ни выглядело со стороны.
Минул по меньшей мере час с тех пор, как Эми скрылась в медотсеке, но сердце до сих пор не желало успокаиваться, тревожно колотясь в рёбра. Чёрт возьми, сломанный киборг! Одно дело – изучать «бракованных» киборгов в лаборатории если не с почтительного расстояния, то уж точно хорошо зафиксированных, и совсем другое – экземпляр с полной свободой воли и действий. Да ещё и проявивший – смешно сказать! –
Эмильен несколько раз глубоко вдохнула, силясь унять дрожь в руках. Доза эндорфина справилась бы с этой задачей куда быстрее, но, сколь бы ни был велик соблазн, сейчас Эми не могла себе этого позволить: мыслить следовало трезво и предельно чётко. Ведь от её дальнейших действий, возможно, будет зависеть судьба всего корабля и его экипажа.
Оружие? Бесполезно. Один киборг стоит дюжины вооружённых до зубов людей. Если не больше. Нейротоксины? Существует несколько специфических комбинаций, которые способны парализовать нервную систему киборга раньше, чем его токсин-фильтры успеют среагировать. Но вряд ли нужные ингредиенты сыщутся в комплектации стандартного медотсека, а на синтез времени нет. Чип контроля? Тысячу раз да! С одной лишь оговоркой, что для использования «стоп-крана» – как на лабораторном жаргоне называли экстренный выключатель – требовалось иметь настроенный на специальную волну передатчик. Была возможность перезапустить и вручную: сделать надрез в районе солнечного сплетения и получить прямой доступ к чипу контроля, чтобы в одночасье вырубить киборгу процессор. Однако способ этот, в свою очередь, требовал подключения к протоколам подчинения, гарантирующим, что экземпляр не убьёт на месте любого, кто рискнёт тыкать в него скальпелем.
Впрочем, он ведь в любом случае убьёт их. Рано или поздно. Ведь чего ещё может хотеть поехавшая биомашина, как не уничтожить тех, от кого она отличается? Тех, кого ей никогда не понять?
