Он внес ее в комнату, ногой кое-как захлопнув дверь, минуту Дана буквально висела у него на шее, никогда они еще так не целовали друг друга, никогда... она смеялась, плакала, что-то радостно причитала. Успокоившись немного Дана утерла слезы: голодный небось! Подожди, сейчас на стол соберу.
Дэк с непонятным ощущением осматривался, вновь испытывая ощущение возвращения домой. Скромная двухкомнатная квартира, с потертыми обоями и старой мебелью навевала настроение "дома". Родного Дома.
Он снял портупею и сел на скрипучий диван, чувство возвращения усиливалось с каждой минутой. Дана зашла с кухни в комнату и, нервно теребя пуговицу халатика, спросила: Ты надолго? Или... Дэк почувствовал, как она внутренне сжалась, ожидая услышать "ненадолго". Он тоже испытывал волнение. Волосы прилипли к намокшему лбу: Тебе виднее...в общем...ну было у меня там... с одной. Установилось неловкое молчание. Дэк бросил осторожный взгляд ей в лицо. Дана стояла скорее слегка растерянная, чем обиженная.
-Ты любил ее?
- Нет, жалко стало, не смог отказать, так получилось.
-Она красивая ?
-- Ну, не знаю...она старше меня на три года...дети у нее, муж от ранения умер. В общем не смог я, тут такое дело...всего один раз было.
Дана крутила русые волосы на конце косы, глядела задумчиво в пол, прислонившись к стене.
-Я ее понимаю...повывелись вы, мужики, нынче...повымерли. Небось, не одна она за тобой бегала. А ты жалостливый...она глядела на него внимательно, и как-то виновато.
- А сам-то меня простишь? Как ты уехал, подумала , все..не увижу, думаю. Так тоскливо стало. В общем месяца через три появился один...красавчик... дерьмоед несчастный! Мне потом противно было. А он... с утра к другой дуре поскакал...
У Дэка камень с души упал. Значит простила! Он снял галстук, расстегнул непослушными пальцами душившую верхнюю пуговицу форменной рубахи. Потом встал, шагнул к ней. Обнял. Дана, всхлипнув, прижалась к нему...
Дана смотрела на Зорана и вспоминала ту весеннюю ночь прошлого года, часто, слишком часто вспоминала она ту ночь, последнюю, как казалось ей ещё около часа назад, и только сейчас она может с уверенностью сказать, предпоследняя... весь этот год её другом и молчаливым свидетелем её слёз был Зоран. Он был её утешителем, советником, другом, это он был с ней всё это время, только он оставался верен ей до конца. И кажется останется навсегда. И теперь, когда Дэк так сладко спит, откинувшись на подушки в изнеможении, Дана благодарит Зорана за эту, теперь станет последней насколько Дэк ещё останется дома, когда его позовут вновь... этого, пожалуй, не знал ни Дэк, ни даже Зоран.
Сладок сон влюблённых, ох сладок. Он и забыл об этом. С Нолу не так было. Не так. Из хаоса образов и обрывков чувств, ему приснилась Дана. Она стояла у открытой балконной двери раздетая. Красноватый свет очертил ее силуэт, похожий на греческую богиню. Дана заворожёно смотрела в лицо Зорана. Лик его, обычно скорбный глядел на нее лишь слегка печально, и даже как будто улыбался уголками губ - кратеров, едва слышно шептали о чем-то листья деревьев, в кудрявой зелени которых прятался дом. Из сапфирово-синей тьмы на Дану смотрел Зоран. Нет, он не спал. Вдруг накали волной чувства - не разобрать! Вроде грусть щемит сердце, но почему-то хорошо и легко на душе. Может потому, что Дана рядом. Он не стал противится, нахлынувшему душевному порыву - осторожно подошел к ней, обнял за плечи и взглянул в глаза Зорана.
Он и впрямь не плакал! Впервые Дек не увидел на его лице Скорби, а лишь печаль. .. и чуть заметную улыбку. Дана, одними губами, едва различимо, что-то говорила. Он , сквозь нежный шорох листвы понял, что она говорит с Зораном.
-- Скажи сколько всему этому быть? Сколько слез еще надо пролить ? Ты же многое видел! Скажи. Не молчи.
В глазах ее блеснули слезы. Дэк чуть слышно шепнул: Ни он, ни я того не знаем. Не видна наша судьба во тьме. Только и подмоги в ночи, нам, что Зоран- дружок.
- Глава 11(12) -
В главном штабе. Директор и другие.
Он никуда не спешил. Выспался как следует, Дана уже вертелась на кухне. Собирая на стол, она опять спросила:
- Так ты надолго или нет?
- До середины осени. Потом поездить придётся, но ненадолго.
- Ой ли? Сулил волк овечкам...
- Правда, ненадолго, на несколько недель. Обещаю.
Вдруг посерьёзнев Дана пристально посмотрев ему в глаза спросила:
- К годовщине восстание будет? Ты из-за этого в столице?
- Нет, не поэтому. Ну а восстание... Они, в главном штабе планируют. Демонстрации, митинги, восстание. Только ничего у них не выйдет... Меня со второго или с третьего дня в столице не будет, так что никуда не ходи.
Дана тяжко вздохнув села на табуретку.
- Конца - края этому нет...
- Будет край. Будет.
Она всхлипнула, ткнулась ему в плечо.
- Приходи пораньше.
- Обязательно.
Дэк привычно застегнул ремень и, заглянув в зеркало, стоявшее в коридоре, водрузил на голову фуражку.
Генерал и Инженер в мельчайших подробностях рассказали ему о главном штабе Сопротивления и ЦК, но одно дело послушать - другое увидеть своими глазами.
