— Правильно палатку ставим, — со знанием дела ответила она. — Степа сказал, что мы уже давно следуем по землям духов стихий и духов наших предков, духов животных и растений, а потому тут обязательно нужно следовать их традициям и устоям.
Тот удивленно взглянул на меня и задумчиво произнес:
— А ведь и правда. Не знал, что северяне чтут заветы пращуров и следуют велениям духов.
На это я лишь пожал плечами.
— Работает ведь, — произнес я, обведя округ себя рукой.
Он только кивнул, соглашаясь с моими словами, и ушел к своим. Но зато после того нашего короткого разговора мы каждый вечер имели счастье наблюдать камлания тех четырех шаманов, что следовали вместе с нами.
И что меня удивило. Их танцы с бубнами помогали. Они притягивали элементалей и как-то заставляли делать их то, что нам было нужно. По мне, так никакой магии в этом не было. Но это работало. Вечный запах от стойл теперь не разносился по всему лагерю от каждого резкого порыва ветра идущего в нашу сторону. Наши часовые не засыпали у себя на посту обдуваемые свежим ветерком. Вокруг лагеря каждый вечер появлялась живая изгородь, которой, еще час назад тут не было.
В общем, я поверил в силу шаманов, когда они были на своей земле.
Вот и сейчас они отошли на небольшую площадку и до нас доносились их заунывные вопли-песни. Но Дея подбежала ко мне совсем не из-за этого.
— Пойдем, ну пойдем, посмотрим! — начала упрашивать меня девочка, и я даже знаю, о чем она говорит, вот уже какой день подряд эта ситуация повторяется. — А то я одна боюсь. А кроме троллей, они к себе подпускают только тебя.
И Дея права.
Речь сейчас идет о тех странных скакунах демонов, что я привел в лагерь. Они завораживают Дею, она готова сидеть и смотреть на них часами.
Только вот те, наоборот, сторонятся всех, кроме меня и троллей. Да и то, как я понимаю, последних они подпустили в себе лишь по той простой причине, что это я тогда попросил скакунов об этом.
«Вот и думай после этого о том, что они неразумны и не понимают, что им говорят».
Кому предназначались эти верховые гиганты, все почему-то догадались мгновенно. Десять скакунов стоят и ждут кого-то, а у нас есть десять пеших походников. Арифметика сошлась один в один.
Вот только подойти к ним боялись очень долго, очень уж зловеще горели их огненные глаза.
Но в конце концов кто-то из троллей все-таки набрался решимости и сделал пару шагов вперед. Скакуны никак не прореагировали.
Но как только к ним захотел приблизиться кто-то еще, то они сразу насторожились и начали бить передними лапами. Чуть ли не рычали. И поэтому такие попытки познакомиться с ними поближе в тот момент все оставили.
Что будет, если оказаться в пределах досягаемости этих их сильных лап и острых серых зубов, никто проверять на себе не хотел, а потому заботу о них полностью переложили на троллей, которых скакуны восприняли совершенно спокойно.
А про меня узнали случайно.
Мой драг, поросенок четвероногий, залез к ним и, распихав этих огненных монстров, будто так и должно быть, принялся есть из их кормушки. Им, видите ли, мясо в тот раз положили более вкусное, чем ему. Всполошенная Дея прибежала за мной. Крича и размахивая руками.
Я прошел за драгом и вывел его из стойла этих огненных скакунов. Только вот слишком близко я к ним находился, когда это произошло, а у тех никакой реакции.
В тот же вечер мне в нашей палатке устроили допрос с пристрастием. Пришлось сознаться, что это я привел животинок в лагерь, а то стояли в лесу одинокие и никому не нужные. Жалко их стало, а у нас были те, кому они подошли бы в самый раз. На вопрос: «откуда они?» — я все так же честно ответил, что они из открывшегося портала, который находился недалеко от нашего лагеря.
Ну, а где сейчас их хозяева, я, естественно, не знал. Ведь куда ведет тот портал, мне не было известно.
А вот про то, как я их встретил и что случилось с бывшими всадниками этих огненных скакунов, у меня не спросили. Ведь на два предыдущих вопроса я не солгал.
В общем, выкрутился, только вот Рения периодически косо посматривала на меня. Ей, как я и обещал, еще в первый день рассказал всю правду. И про прорыв Инферно, и про то, кто приходил к нам в гости. И про то, что с ними случилось. И про то, зачем они могли здесь появиться.
Она меня не осуждала и не упрекала, просто посмотрела в глаза и сказала:
— Всегда и только правду, — потом поцеловала и ушла собираться в дорогу.
Что она хотела сказать этой своей последней фразой, я, если честно, так и не понял. Но слова ее запомнил.
Я и так ей лгать не собирался.
И вот сейчас прошло уже два дня с того случая. Благодаря скакунам, на которых могли передвигаться тролли, мы теперь двигались значительно быстрее. И до заставы уже практически добрались.
Поставив палатку, а также натаскав воды и дров, чтобы Селея могла начать готовить нам ужин, я отвел Дею к стойлам. И просидел с нею там до того момента, пока нас не позвали есть.
И вот последняя ночь в пути.
Завтра мы, со слов одного из гоблинов, который бывал на заставе раньше, будем уже ночевать на ней.
