Удивлялись они, удивлялись этому чуду, а потом и удивляться перестали. Живут себе и живут. Старшая сестра любит, ласкает своего сына, а младшая как-то равнодушна к своей дочери, то ли не очень ее любит, то ли стесняется показать свою любовь.
Растут брат и сестра. И вот однажды сидят сестрицы со своими детишками дома, вдруг дверь распахнулась. Младшая сестра чего-то испугалась, схватила свою дочь и спрятала ее на грудь под халатом. Легла вниз лицом на каны и с головой одеялом накрылась. А старшая сестра с удивлением смотрит на дверь и думает: «Кто же это в дом ломится без спроса?»
Осторожно, бочком в двери протиснулся большой бурый медведь и прямо к ней подошел. От испугу старшая сестра протянула ему своего сына. А медведь как будто бы только этого и ждал. Подхватил он мальчика, посадил его на свое колено, лапой гладит, обнюхивает, как будто бы целует. А потом стал с ним играть. Мальчик не боится медведя, верхом на нем ездит, ручки в пасть запихивает, за шерсть косматую теребит. Старшая сестра это увидела, сначала удивилась, а потом успокоилась, свернула цигарку табаку и подала медведю. Смотрит на него и думает: «Странно, таежный зверь, а табак курит, медведь — а сына ласкает. Странно!»
Медведь покурил, поласкал мальчика, поиграл с ним, взглянул на младшую сестру на канах и ушел из дома. Смотрит старшая сестра из окна, а медведь постоял около амбара да и пошел на другую сторону Мангу-реки.
Старшая сестра и говорит:
— Сестрица, ты сегодня какая-то странная, на охоте зверя бьешь, птицу ловишь, а в доме таежного зверя застеснялась. Если испугалась его, то и пряталась бы одна, а зачем дочку с собой берешь? Он бы с ней поиграл.
Младшая сестра лежит и ничего не отвечает. Только поздно вечером сошла она с канов.
Прошло несколько дней. И опять, как в прошлый раз, сидели сестрицы вечером, вышивали халаты. Вдруг дверь распахнулась и вошел медведь. Только это был не тот медведь, который уже приходил, а другой. Он вошел и сразу же к младшей сестре направился. Та испугалась, бежать собралась. Медведь подошел, наклонился к девочке, хотел ее обнять. А пудин вырвала у него свою дочку и к себе притянула. Снова, как и в первый раз, она прижала ее к своей груди и под халат спрятала. А сама легла лицом вниз на каны и одеялом накрылась.
Медведь застыл на месте, посмотрел жалобным взглядом, как будто сказать что-то хотел. Старшая сестра даже слезы в уголках его глаз увидела. Сколько ни сидел на канах рядом медведь, младшая сестра так и не посмотрела в его сторону, не предложила ему выкурить табаку, не показала ему девочку. Вздохнул тут медведь, встал и пошел обратно в тайгу.
Как только дверь за ним захлопнулась, старшая сестра стала ее упрекать:
— Что же ты, сестрица, так ведешь себя с гостем. Он хоть и таежный зверь, но гость. А обычай наших предков велит принять гостя, накормить его, дать трубку выкурить, расспросить о жизни. А ты все капризничаешь. Это к добру не приведет. Зверю таежному ничего не стоит обидеть тебя, поцарапать, а то и убить.
Младшая сестра быстро с канов встала, рассердилась:
— Ты за что меня упрекаешь, сестрица моя родная, сестрица моя старшая? Если этот медведь зверь — то пускай по тайге и бродит, если этот зверь — человек, то в облике человека пускай и приходит. Зачем же к нам врываться зверем таежным. Удивительно мне: утром на охоте бьем зверя таежного, вечером его как гостя принимать будем?
Ничего не смогла ей ответить старшая сестра, промолчала только.
Прошло несколько дней. Однажды сидят они, как всегда, на нарах, занимаются делами домашними. Вдруг во дворе раздался шум непонятный: не то топот медведя, не то быстрые шаги человека. Насторожились сестрицы, присмирели дети. Дверь раскрылась, вошел красивый юноша. Коса его была туго заплетена, глаза горели, сам он был стройный, как камышинка. Посмотрела на него старшая сестра, и показалось ей, что это ее прежний муж, что это первый медведь, который приходил в их дом. Смотрит на него и думает: «Наверно, это кажется мне, столько лет прошло, как муж пропал!»
Тогда старшая сестра достала из сундука самый нарядный шелковый халат, серьги, браслеты, носовую серьгу, надела их и сама стала красавицей-пудин. Провела она молодца к почетному месту — малу, стала его угощать, свернула огромную цигарку табаку, величиной с птицу кори, вставила ее в трубку размером с длинный шест и подала мэргэну.
Сидит он на канах, несколько раз потянул трубку, а потом вынул из-за пазухи медный кувшинчик хо, налил туда вина, подал старшей сестре:
— Ну, жена моя верная, пей вино, разве ты меня не признала? Превратил меня злой дух в медведя, заставил по тайге шататься. Но показала ты мне сына, и пали чары колдовские. И вот я опять человек. Стань снова моей женой!
Обрадовалась старшая сестра, но говорит ему:
— Как же я могу себя выдать замуж, или ты забыл обычаи наших предков? Проси меня у младшей сестры, дай ей выкуп подходящий!
Подал тут молодец вино и стал просить у младшей сестры выдать за него замуж ее старшую сестру. Выкуп обещал дать бесценный, вернуть и ей мужа.
Младшая сестра дала свое согласие.
