«Работа плевая, — подумал Егор. — Не первый раз еду. Еще не в такую даль возил. Что может случиться? Да и все вроде бы справедливо: услуга за услугу. Честно.»
Разговор окончился, и его проводили к выходу из гостиницы.
Уже на ступеньках Шувалова догнал Гарик.
— Постой, разговор есть.
Егор остановился, подождал. Они пошли рядом.
— Ты не дурак и, наверное, понял, кто мы?
— Ага. Рыболовы-любители.
— Шутник. О деле помалкивай. Даже бабе своей ни-ни. Усек?
— У меня нет бабы.
— Педик, что ли?
— Нет, разошлись.
— Тем лучше. Про Шилова тоже рот не раскрывай. Станешь трепать — наживешь неприятности. Все сделаешь путем — мы твои проблемы решим. Куда едешь и что везешь, не говори, а то прознает Лысый. Ну, сам понимаешь, тебе тут жить.
— А куда столько икры и рыбы?
Гарик недовольно зыркнул на Егора.
— Не твое дело. Не суй нос куда не нужно. Знаешь пословицу: меньше знаешь — лучше спишь? Я обычно говорю: меньше знаешь — дольше живешь, — немного подумав, он все-таки объяснил: — Итальянские рестораны заказали большую партию. У нас это добро — почти за бесценок, а там бешеных бабок стоит. Но это не твое дело. Документы будут в полном порядке. Будь спокоен.
— Значит, в рестораны, — задумчиво произнес Егор. Версия ему не понравилась. Первый раз слышал, чтобы столько икры через пол-Европы в рефрижераторе везли.
— Я тебя буду вести, — сообщил Гарик.
— Зачем? Шилов ничего не говорил.
— На всякий случай. На дорогах сейчас неспокойно. Рэкет, там всякий, менты жадные. Короче, защищать буду.
— Дело ваше.
— Правильно, наше. Так будешь думать и дальше — станем друзьями, — одобрил Гарик. — Ну все. Я пошел. Нам не звони, не суетись. Найдем тебя сами.
Шувалов остался один посреди улицы. Вокруг спешили люди, проносились машины, полным ходом шла жизнь. Он рассеянно посмотрел по сторонам, и город, в котором вырос, показался ему чужим и незнакомым. В последнее время проблемы задавили его. Теперь Егор мог взглянуть на мир прежними глазами, спокойно, не боясь за свое будущее и будущее своих близких. В его сердце вселилась уверенность. Он имел работу. Крутую привычную работу, и она не казалась тяжелой и невыполнимой. Нет, наоборот, она представлялась легкой и пустяковой. Дорога, руль, верный напарник рядом — это была его стихия.
Таившаяся в словах Шилова и Гарика угроза не пугала его. Он о ней попросту не задумывался. Его мысли были заняты другим, он спешил в путь, спешил поскорее выполнить работу и навсегда освободиться от бремени долгов.
Полковник Воронин откинулся на спинку заднего сиденья служебной «Волги». За все время следствия он первый раз испытывал нечто подобное чувству удовлетворения. Он чувствовал, что раскопал гораздо больше, чем рассчитывал. Дело принимало новый, несколько неожиданный оборот. Из заурядного ограбления оно превращалось во что-то более серьезное и запутанное. У полковника теперь почти не осталось сомнений в том, что за всем этим стоит один человек — жестокий и хитрый. Он составил сценарий действия, он дергает за все ниточки, управляет игроками.
На эту мысль Воронина натолкнул провинциальный, никому не известный следователь — капитан Гобято. После разговора с ним он предпринял повторную, более доскональную проверку знакомых Сурка, Майкла и Гвоздя. Было задействовано огромное количество оперативников, подключены осведомители. Опросу подвергались буквально все: знакомые, друзья, родственники. Самым трудным являлось то, что никто толком не знал, что ищет. Вся информация в виде протоколов и отчетов стекалась к Воронину. И он, обложившись бумагами, днями и ночами сидел над ними, кропотливо изучая, сопоставляя, анализируя. Читал, затем снова и снова перечитывал, пытаясь найти зацепку. Он не сомневался, что найдет ее.
И его старания увенчались успехом. Упорство было вознаграждено. В одном из отчетов следователя в числе людей, с кем имел контакты Майкл, упоминался Станислав Шилов. Стас Шилов — личность знакомая. Но не своей популярностью привлек он внимание. Где-то его фамилию Воронин слышал совсем недавно. Но где? И при каких обстоятельствах? Наконец он вспомнил. Это было в Кузнецке. Однако в связи с чем? Связаться с Кузнецком — дело нескольких минут. Полковник обратился напрямую к Гобято, минуя его начальство. К вечеру он уже знал ответ: Станислав Шилов находился в Кузнецке со своими людьми в момент смерти Гвоздя.
Без всяких пока доказательств, руководствуясь одной лишь интуицией, Воронин делал выводы. Не были ли они поспешными? Не приведут ли они в тупик? Этого он гарантировать не мог. Приходилось действовать на свой страх и риск. Его чутье следователя еще никогда его не подводило. Но на голых домыслах далеко не уедешь. Генерала Круглова интересовали только факты и результат.
