— Отстали, наверное. Но они рядом. Двое рослых крепких парней. Один из них коротко пострижен, у него нос сломан. Одет в серые джинсы и пиджак на майку. Второй похож на киргиза: черные волосы и серьга в ухе, по-моему, в правом. Одет тоже в пиджак и джинсы.
Воронин повернулся к Валере.
— Найди их и избавься. Постарайся обойтись без шума и не подставляйся зря. Они могут быть очень опасны. Возможно, даже вооружены.
— Выслушав наставления, лейтенант по-мальчишески беззаботно улыбнулся: Слушаюсь.
Валера исчез из виду, смешавшись с толпой.
— Вы ему доверяете? — неожиданно спросил Гобято.
— Да, хороший парень. А к чему этот вопрос?
— Слишком многие куплены, как оказалось, — вздохнул Гобято. — Из-за таких вот перевертышей каша-то и заварилась.
На мгновение задумавшись, Воронин решительно замотал головой:
— Нет, однозначно, он чист. Еще не испорчен, да и склонности у него к легким делам не замечалось. Идеалист, редкое исключение, пока еще встречающееся среди современной молодежи.
— Деньги, точнее их нехватка, портят всех, — Гобято был настроен пессимистически.
— Если ваши опасения основываются только на этом, то не волнуйтесь. Его отец — крупный промышленник. Деньгами он обеспечен под завязку.
Гобято удивленно хмыкнул.
— Вот как! Надо же, и такое бывает.
Толпа на перроне стала редеть. Первая волна самых торопливых схлынула, те, что остались, двигались неторопливо и солидно, не толкались и не кричали.
— Пройдемте в машину. Она припаркована на спец-стоянке, — предложил Воронин. — Затем отправимся в какое-нибудь скромненькое кафе и поговорим.
— Согласен. Только учтите, я собираюсь вернуться вечером. Боюсь оставлять моих женщин надолго. Волноваться будут.
— Сообщите кому-нибудь из коллег, попросите, чтобы дали им охрану. Хотите, я распоряжусь?
— Нет! — поспешно воскликнул Гобято. — Кроме вас, я не доверяю сейчас никому, даже коллегам по работе. Коррупция, знаете ли, пробралась и к нам, затаилась до своего часа, как ядовитая змея в темной комнате. Никогда не знаешь, где и когда укусит. Нет, пусть все будет как можно тише. После вчерашнего дня у меня такое ощущение, будто все предали.
Капитан уныло вздохнул, снял очки и протер их мятым носовым платком. Без очков он выглядел совершенно замученным и несчастным, как взрослый ребенок.
Возле машины их догнал радостный и счастливый, как первомайское солнце, Валера.
— Порядок! — доложил он.
— Избавился?
— А как же! Теперь у них большие проблемы, и в ближайшие несколько лет вас беспокоить не станут, — не без гордости заявил он Гобято.
Капитан восполнял услышанное с большим недоверием.
— Я натравил на них патрульных омоновцев, сказал, чтобы проверили насчет орудия. Бедняги не успели даже сообразить, что происходит, как их окружил наряд с автоматами и положил на землю. У них нашли два пистолета и глушитель. Так что статья за ношение и хранение гарантирована. А если стволы побывали в работе, то еще что-нибудь удастся повесить.
С гордостью за своего воспитанника Воронин посмотрел на Гобято. Мол, а вы говорили!
Признавая свою неправоту, капитан протянул руку.
— Спасибо, молодой человек. Я ваш должник.
— Пустяки, — скромно заверил Валера.
В крохотном кафе было мрачно и тихо. Посетители пока отсутствовали, да их вряд ли набиралось много в самые лучшие для заведения часы. Отвратительный запах горелого дешевого кофе отпугивал, наверное, даже местных крыс. Захудалая обстановка, видавшая лучшие времена, теперь производила впечатление бомжацкого притона. Однако здесь было тихо, а большего от кафе не требовалось.
Они сели за круглый столик на подставке, которая угрожающе закачалась, когда на него облокотились. Валера метнулся к стойке что-нибудь заказать.
— Мне возьми минеральной, — попросил Воронин.
— А мне — горячего чая и бутербродов.
— Через минуту парень вернулся с заказами. Бутерброды источали сильнейший аромат приправ, видимо заглушая запах порченого мяса. Я бы не советовал. — предупредил Воронин.
По напитан отмахнулся:
— У меня крепкий желудок. Я привык.
Пока он поглощал свой завтрак, полковник не спеша потягивал минеральную. На удивление, она оказалась прохладной, свежей и вкусной, прекрасно утоляла жажду.
— Простите, что заставил столько ждать, но со вчерашнего утра у меня не было и росинки во рту. Я, знаете ли, не привык к такому воздержанию, — улыбнулся капитан. После еды он заметно повеселел и воспрял духом. — Теперь, с вашего разрешения, перейду к главному.
Воронин весь обратился в слух.
— Все началось вчера днем. Ко мне обратился один человек — Евгений Шувалов. Почему именно ко мне? Все очень просто. Городок у нас маленький, не то что Москва, все друг друга знают. Или почти все. Оказалось, что его знакомый знаком с моим знакомым, и через него он вышел на меня. Так вот, у этого Шувалова похитили дочь. Вернее, взяли в заложницы, как страховой полис в одном деле, в которое впутался его брат Егор. И как вы думаете, кто стоит за похищением ребенка?
— Шилов?
— Точно!
— А что за дело связывает этого Шувалова с Шиловым?
