Вдруг на мониторе появился заголовок: «МУЖЧИНА КОНЧАЕТ ЖИЗНЬ САМОУБИЙСТВОМ ПОСЛЕ ИЗНАСИЛОВАНИЯ И УБИЙСТВА СВОЕЙ ШЕСТНАДЦАТИЛЕТНЕЙ ДОЧЕРИ».
Он открыл страницу, перечел текст несколько раз, внимательно изучил фотографии.
И почувствовал, что паника – это не что иное, как некая холодная субстанция, вакцина, введенная в его кровь.
– Что ж, приступим. Прежде всего, один простой факт. Как я вам уже говорил, истории, которые здесь изложены, не задокументированы. Нет никакого объективного свидетельства того, что все это было на самом деле, и боюсь, что ни один серьезный исследователь в это не поверит. Но, как вы знаете, сам я никогда не был серьезным…
– Ну ты скажешь! – подала голос Сусана с ковра на полу. Ее одежда – черные блузка и джинсы, шелковый шарфик вокруг шеи – резким контрастом выделялись на фоне ярких узоров персидского ковра, на котором она устроилась.
Верный своей привычке, Сесар отложил открытие всяческих тайн и разгадки до послеобеденной беседы. И вот теперь, после кофе, он расхаживал по комнате, посматривая на них поверх синих очков. Книга, что послужила темой беседы, представляла собой скромный том в черном переплете.
– В ней описаны встречи нескольких знаменитых поэтов, поэтов первого ряда, с теми, кто послужил им источником вдохновения. Но связующая мысль, которая объединяет различные рассказы, представляет собой убеждение, что встречи эти не были ни случайными, ни исключительными. Совсем наоборот: они были
Сусана усмехнулась, обернувшись при этом к Рульфо, и почесала коленку. Сесар обратил на нее забавно-укоризненный взгляд:
– O, давайте не будем делать поспешных выводов, не дослушав до конца, почтеннейшая публика… Фантазия эта детально проработана, в чем вы сможете убедиться чуть позже. Автор утверждает, что легенда о дамах уходит корнями в глубокую древность и что сама она послужила основой для создания многих других легенд – о музах, о горгонах, о Диане и Гекате, о Цирцее, Медее, Энотее и других колдуньях и ведьмах классической поэзии, о Кибеле и Персефоне; здесь же скандинавская Вёльва, оседлавшая волка; и ведьма эпохи Возрождения, летавшая на помеле; ассирийский суккуб Лилиту и библейская Лилит; Озерная Фея артуровского цикла, Белая Змея, ведьмы «Макбета»; Венера Илльская Проспера Мериме[23], Ламия Джона Китса[24], Атласская колдунья Шелли[25], Царица Ночи Моцарта, Альцина и Мелисса Генделя, а также Армида Гайдна… И все всегда повторяется: могущественные и порочные женщины, так или иначе имеющие отношение к искусству. Поэт и эрудит Роберт Грейвс[26] был одним из первых, кто указал на связь этой легенды с поэзией в своей книге «Белая богиня», но он никогда не доходил до серьезных утверждений, что поэты были вдохновляемы
О них самих в книге говорится немного. Утверждается, что их действительно тринадцать, но что тринадцатая никогда не упоминается, то есть ровно то, о чем мне говорили мой дед и Раушен, хотя почему так, нет даже намека. Они получают номер, некое секретное имя и свой символ в виде золотого медальона. Имена латинского или греческого происхождения и перекликаются с именами ведьм в сатанинской традиции… – Он открыл книгу на одной из заложенных страниц и начал читать: – «Бакулария, Фасцинария, Херберия, Мальярда, Ламия, Малефиция, Венефиция, Мага, Инкантатрикс, Стрикс, Акелос и Сага», у этой номер двенадцать, и она последняя, у которой имеется номер…
– Ну и имена – паноптикум какой-то! – произнесла Сусана.
– Это классические имена ведьм: легенда о них возникла как раз на базе легенды о дамах, поэтому и имена они получили уже готовые – те же, что носили дамы. Я уже вам говорил, что Лаура, вдохновительница Петрарки, на самом деле была Бакуларией, это дама под номером один. Фасцинария, номер два, служила источником вдохновения Шекспиру: это она стала Смуглой леди его сонетов. Идет там речь и о встрече Херберии, дамы номер три, с Мильтоном; о Мальярде, номер четыре, в связи с Гёльдерлином; о Ламии, номер пять, и Китсе; о Малефиции, номер шесть, и Уильяме Блейке… И так далее, до Борхеса[27] с Сагой. Я догадываюсь, о чем вы сейчас думаете: что все это – детская сказочка, замешанная на теории литературы. Я сам, откровенно говоря, думаю точно так же. Но, как сказал поэт, «здесь есть метод»[28].
Сусана согнула колени, уперев ноги в пол. Она только что раскурила сигарету с марихуаной.
– Итого, – сказала она, – на протяжении всей истории некие таинственные существа в облике прекрасных женщин…
– …Или привлекательного вида мужчин, – поправил Сесар, – или стариков, или детей… Они могут принять любой облик, стать любым человеком…
– …занимаются тем, что вдохновляют поэтов. Очень хорошо. А для чего? Какой у них интерес этим заниматься?
